Привить эти качества, "зарядить" ими, должна прежде всего семья. Но как самим родителям вернуть веру в то, что утверждает человеческое достоинство?! Что мы видим сейчас? – В сознании людей уживаются дикие несоответствия. Их духовность, культуру, просто способность воспринимать и понимать факты разделяют столетия. Даже хорошие родители не могут защитить сознание детей от разрушительного воздействия окружения. Отсутствие духовного гипертрофирует материальное. А где подиум демонстрации материального? – Прежде всего, преуспевающие группы населения. Они разъезжают в лимузинах, щеголяют тем, что можно на себя напялить, демонстрируют себя, выпячивая обретенные привилегии. Я видел подвыпившую стайку третьеклассников, сверкавшую золотыми украшениями. Быть может, выпили они украдкой, но одели-то их родители. Каковы же моральные ценности в таких семьях! Для них нормой становится проявление нетерпимости, хамства, высокомерия и чванства. Нам необходимо развивать в себе способность воспитывать совсем другие качества – вежливость, сострадательность, самоотверженность, доброту и великодушие, терпеливую заинтересованность, и главное, уважение к

ПРАВДЕ. Мы должны проследить путь, где эти противоположности создали выбор между жизнью и смертью, и поддержать жизнь. Это тоже главные положения перестройки.

Безусловно, требуется мужество, чтобы взглянуть на драматические стороны нашего бытия. В свое время Нильс Бор сказал о создаваемой атомной бомбе, что один из десяти, что она вообще не взорвется, и один из ста, что она воспламенит атмосферу. Не такая уж ничтожная вероятность, но ей пренебреги. А в результате испытаний ядерного оружия в СССР и США, до 1953 года в атмосфере накопилось около 2% предельно допустимой дозы стронция. Создание электронной системы

ПРО, при эксплуатации не исключает ошибки ведущей к катастрофе. В семидесятые годы сложились технологические обстоятельства, выскальзывающие из-под разумного контроля. Это связано с мировой и региональной экологией. В наши дни экологические проблемы достигли апокалипсического звучания. Даже ядерная угроза отступает на второй план перед таинственным и неотвратимым исчезновением озонного слоя… Разве амбиции, охраняющие интересы бюрократических групп, способны обеспечить Отечество необходимой энергией для мобилизации интеллектуальных и моральных сил для разрешения назревших проблем?!

Исполнительское рвение при отсутствии широкой профессиональной информации плодило странные заблуждения. Я помню фотографию с изможденными лицами неопределенного возраста, из книги коллективного автора "Канал имени Сталина". Под фотографией подпись:

"Природу научим, свободу получим" – из частушек беломорского хора". Вот она готовая формула вируса административного безумия.

Тогда были уверены, что природу надо учить, а не изучать. И учили. И вирус поражал последующие поколения чиновников. Вот на карте река

Уста. Здесь она еще сохранила изгибы в которых посылала воды свои в

Ветлугу и матушку-Волгу. К чистым водам Усты надо было пробираться через буйные заросли жимолости, черемухи, сирени и жасмина.

Приустские луга буйно поросли травами и цветами редкостной красоты.

А птицы и насекомые наполняли благоухающий воздух звоном и трелями.

И весь этот живой мир, войдя раз в человеческую душу, оставался там навсегда как сладость родной земли. Было такое… Но вот чиновник леспромхоза смекнул, что многовато зигзагов в Усте, – застревает сплавляемый лес. И порешили ее выправлять аммоналом да бульдозером, заодно и воде прямой ход обеспечить, чтобы не бормотала. А вода – в песок, а луга, да сладкий приустский кустарник – в пустыню, а чарующая красота реки – в небытие… Уж не с них ли писал

Салтыков-Щедрин портрет Угрюм-Бурчеева? Ах, много можно было бы за этой картинкой обобщений сделать, да пусть уж додумает сама Нина

Андреева.

И еще немного о природе. Трагедия революции заключена для нации, прежде всего, в потере генофонда. Если биологию изучать не по теории Лысенко и Лепешинской, то можно понять, что генетика "не буржуазная шлюха империализма", а наука, отражающая реальность состояния вида. Но не будем сейчас искать виновников, а просто рассмотрим факты:

Гражданская война. В ней, вооруженный до зубов, противоборствовал самый активный слой населения – и погибал. Коллективизация – ей отвергался зажиточный слой населения, к сожалению, он же был и наиболее трудолюбивый, крепкий крестьянин – и погибал. Период массовых репрессий – преследовался не только широкий слой партийно-хозяйственного и военного чиновничества, уничтожалась всякая политическая и духовная активность; ее носители, люди – погибали. И на войне погибал лучший генофонд. Молодость, не защищенная жизненным опытом, открыта, благородна, безрассудна и беззащитна. Если сюда включить деятелей науки, по которым прошла коса всех этих периодов, да еще специально имела свои послевоенные годы, то можно представить какие потери понес генофонд нашей страны.

Но это одна сторона. На фоне названых изменений происходили социально-психологические. Можно, конечно, поставить под сомнение влияние ген на создание психологического типа, или, напротив, реакцию социального приспособления на изменение генных структур. Но вероятнее то, что определенный генотип более психологически соответствовал возникающим условиям. Бюрократический отбор неизбежно впадал в противоречие с возвышенными качествами человеческой натуры. Бюрократическая машина подбирала человека по принципу его совместимости с формальными элементами. Потребность в инициативе породила тип "толкоча", не способного к анализу, не способного вступить в противоречие с уложением, но готового принимать решения.