Шрифт:
— Значит, Дэнни... саламандра? Но он выглядит как человек. Хотя иногда ведет себя не по-человечески, — в последних словах прозвучало больше горечи, чем я в них вкладывала.
«Солнечная саламандра - существо из чистой энергии, и может по своему желанию принимать любую форму».
Вдруг мне вспомнился огромный кот с синими глазами. Неужели это тоже был Дэнни? Следил за нами, шпионил... видел у меня Сердце? Строил планы, как обвести меня вокруг пальца? Делал вид, что я ему нравлюсь, а сам в это времяЕ По щекам у меня потекли жгучие слезы, я сердито вытерла их.
— Почему он украл талисман, раз это так опасно? И как он попал в Хитерфилд? Если живет на этом... этом Нимбусе?
«Для саламандры, Сердце сияет, как небольшое солнце. Точно сорока, ворующая блестящие предметы, саламандра, почуявшая Сердце, страстно возжелает завладеть им. Думаю, дело только в этом. Надеюсь, тут не кроется ничего более серьезного. Потому что такое воровство будет считаться довольно безобидным, а Нова сумеет выжить, только если будет практически невинным. А как он попал в твой мир... Я уже сказал, что саламандры способны принимать любой облик. Некоторые из них, самые талантливые, могут совсем избавляться от тела и путешествовать в виде чистой энергии. Они переходят из одного мира в другой, как свет проникает сквозь стекло».
Я вспомнила, что сказала мне синяя магнитола: «Он превратился в свет».
— Тогда почему мы редко видим саламандр?
<"Потому что они связаны Клятвой. Они обязаны защищать свой мир и его народ, служить им. Нарушив свою Клятву и придя к тебе, Нова подверг свою жизнь большой опасности, и ты должна как можно скорее найти его». Мне подумалось, что Оракул проявляет слишком много заботы о гнусном лживом воришке. Меня разобрала злость. Я хотела вернуть назад то, что принадлежало мне по праву!
— Вы отправите нас на Нимбус? «Да».
— Как скоро?
На лице Оракула появилась улыбка. «Сейчас, мое нетерпеливое дитя. Немедленно».
6. НИМБУС
Дзынъ! Бум-бурум! Тррр-ах!
Ну и погодка стояла на Нимбусе! Над головой » густом сумраке беспрерывно грохотал гром, по угольно-черному небу метались молнии.
Молнии...
— Вот, значит, о чем он говорил... — прошептала я.
— О чем? — полюбопытствовала Корнелия.
— Гм... да так. — У меня вспыхнули щеки. — Он... он говорил, что у меня волосы цвета молнии.
Тарани приподняла бровь.
— Что ж, теперь мы хотя бы знаем, что прибыли в нужное место, — заметила она.
Молнии, метавшиеся по черному небу, были красными, ослепителыю-алыми, и светлели до белизны только в середине. Поэтому у местности был праздничный вид — будто ее озарял фейерверк. Ракеты, сполохи золотого дождя. Создавалось впечатление, что сейчас мы должны развести костер, начать водить хороводы и запеть веселую песенку. Жарить поп-корн и делать хот-доги. Так нам казалось, пока не налетел первый порыв ледяного ветра с дождем.
Ураганный шквал поднял Тарани в воздух. Я сама видела — ее ноги на миг оторвались от земли. А потом хлынул дождь с градом.
— А-ай! — завопила Ирма. — Ну и твердые же эти градины!
Они были не только твердые, но и огромные. Казалось, нас расстреливали в упор ледяными пулями.
— Надо скорее укрыться где-нибудь, — прокричала я. — Смотрите, там впереди свет. Пойдем туда!
Спотыкаясь, мы двинулись сквозь бурю. Мы с Тарани ухватились друг за друга, чтобы нас не сбило с ног. Тропа тут же стала скользкой от размокшей грязи. Невысокие мшистые холмики по бокам были усеяны колючими кустами, которые не любили, когда их трогают. Я убедилась в этом на собственном опыте — споткнувшись об один из кустов, я больно оцарапала руку. Да приближается, в конце концов, этот свет или нет?!
Тр-рах! Вж-ж-жик!
Вспышка ослепительного света. На мгновение мир стал ярко-белым, потом алым, потом погрузился в черноту. Я споткнулась и упала на четвереньки, прямо на камни и жесткий гравий. В глазах было темно! Я ничего не видела!
Потом постепенно зрение начало возвращаться. Прямо перед нами, не далее чем в нескольких шагах, полыхало огнем старое узловатое дерево. Молния расщепила его надвое прямо посередине.
— Еще бы чуть-чуть — и в нас, — дрожащим голосом пробормотала Ирма. — Неужели нельзя как-то защититься? Здесь опасно.
Я чувствовала, как над головой ворочается и грохочет энергия. Чувствовала сердитое напряжение нарастающего статического заряда, лихорадочное нетерпение молнии, готовой сорваться и ударить. Но что с этим можно сделать? Я не знала.
Я помотала головой.
— Мы... сейчас мы ничего не можем поделать. — Я имела в виду — без Сердца, но произнести это вслух не было сил. — Если только Хай Лин... — Я не знала, чего именно хочу от нее — чтобы она сдула эту бурю прочь? Попросила ветер прогнать ее куда-нибудь подальше?