В эту ночь оба предавались любви с небывалым азартом и самозабвением; испытывая высшее блаженство, твердо верили, что им предстоит долгая и счастливая семейная жизнь. И Бог сжалился над Лидой: произошло невероятное – она забеременела, хотя уже не надеялась, что сможет стать матерью.

Лидия Сергеевна на мгновение оторвалась от своих воспоминаний и рассеянно посмотрела на мужа: все работает, ссутулился за обеденным столом... «Просто удивительно, – думала она. – Ведь он и сейчас такой красивый... а стал мне совсем неинтересен». А как хорошо начиналось – казалось тогда, счастливее ее нет на всем белом свете...

Она вновь откинулась на подушки и закрыла глаза – не видеть печальной действительности... попытаться возродить счастливые моменты их лучшей поры... И вспомнила, какую испытала радость, когда впервые перешагнула порог этой самой квартиры...

...Вот она уже в Москве, в Новых Черемушках... Огромный жилой массив панельных пятиэтажек. Морозный день, деревья запорошены снегом. Они со Степаном вошли в подъезд своего дома, держа в руках многочисленные свертки; поднявшись по узкой лестнице на четвертый этаж, остановились перед свежеокрашенной дверью.

– Фу, черт, плохо подогнали! – ворчал Степан, возясь с заевшим замком. – Ничего у нас не могут сделать по-человечески! Сплошь дефекты. Приходится все исправлять самому. Прошу, дорогая, – пригласил, открыв все же входную дверь; пошутил: – Будь как дома!

Весело улыбнувшись в ответ на шутку, Лида, на седьмом небе от счастья, вошла в свою новенькую малогабаритную квартирку. Она отнюдь не кажется ей жалкой и тесной. Конечно, многое нужно еще сделать, чтобы навести уют. Но все равно – какая красотища!

– А когда нас зарегистрируют? Долго еще ждать, Степа? – спросила, по-хозяйски разбирая принесенное и раскладывая по своим местам.

– Что, не терпится поскорее поставить печать в паспорте? – шутливо поддел ее он. – Думаю, недельки две еще протянут. Но ты не беспокойся! Очень скоро станешь законной гражданкой Розановой. Получишь фамилию красивее твоей!

Не обращая внимания на его шуточки, Лида поправила прическу перед большим старинным зеркалом в прихожей и деловито спросила:

– Степочка, а что вы с друзьями решили насчет новоселья? Будем ждать, пока распишемся или устроим пораньше?

– Нет, настолько оттянуть не выйдет! Придется пригласить на следующую субботу. И так друзья ворчат, что зажимаю! – ответил Степан, доставая дрель, чтобы сверлить отверстия под кухонные полки. – Думаю, Лидок, мы за неделю управимся? Да и день подходящий. Все успеют перед работой хорошо восстановиться.

Немного подумав, принял решение:

– А свадебный банкет устроим в ресторане, в узком кругу: только с Игорем и его подругой Жанной – они будут нашими свидетелями в загсе. Как там распишемся, так и отправимся пировать. На пышную свадьбу у нас, Лидок, – Степан бросил на нее извиняющийся взгляд, – денег нет, и взять их негде. Без того – в долгу как в шелку!

– Не бери в голову, милый! – беззаботно отозвалась Лида. – Я же понимаю! Делай так, как считаешь нужным. Конечно, хотелось бы пригласить своих, но что поделать? Напишу им и все объясню.

– Вот и умница! Трезво оцениваешь наше положение, – одобрительно улыбнулся Степан. – Но обязательно упомяни: как только немного оправимся, мы пригласим их в гости.

Первое огорчение она испытала, когда праздновали свадьбу.

...Красивый зал ресторана «Птичий полет» был полон. Гремел джаз. Среди танцующих – Степан, Лида и их свидетели – Игорь со своей подругой Жанной. Они уже побывали в загсе и теперь здесь празднуют это торжественное событие.

Кроме Розановых, в зале были еще молодожены. В правом углу за длинным столом расположилась шумная свадьба. Но взоры присутствующих прикованы к Лидии и Степану – так они эффектны и гармонично подходят друг другу: он – почти двух метров росту, в строгом темном костюме, с отливающими золотом волнистыми волосами, и Лида – высокая, статная брюнетка, в светлом шелковом платье, туго обтягивающем ее на редкость соблазнительную фигуру.

В перерыве между танцами Степан с Игорем усадили своих дам и вышли покурить, а Лида и Жанна, достав из сумочек косметику, стали подкрашивать губы и поправлять прически.

– Хоть мы, Лидочка, еще мало знакомы, но мне хочется с тобой пооткровенничать, – с дружеской простотой сказала Жанна, припудривая курносый носик перед зеркальцем – она была уже изрядно навеселе. – Открой секрет: как тебе удалось заарканить такого великолепного мужика? Не обижайся и пойми меня правильно! Спору нет – ты собой очень хороша, но я о другом: как же ты сумела затащить его в загс? Никому этого не удавалось, сколь ни старались! Поделись опытом!

Крепкому организму Лиды хмель нипочем, и делиться сокровенным она не собирается. Однако отталкивать от себя вновь приобретенную подругу ей тоже не хочется. Уклончиво, но доверительным тоном ответила: