Она была права. Она всегда была права. Без нее он, вероятно, уже давно бы лежал на тихом кладбище. Как только Марго узнала, что Неведомский и компания приказали долго жить, она немедленно развила кипучую деятельность. У нее оказались черт знает какие связи — просто голова кругом шла. Стремительно нажимая на кнопки в нужных инстанциях, она выхлопотала визы в одну занюханную банановую республику (Ворохов даже не запомнил ее название!). Попутно Марго ухитрилась решить и финансовые дела — перевела деньги разоренного местного гнезда в другие организации Клана, отломив, с его согласия, и себе довольно жирный кусок. А пока оформлялись документы, они жили с Андреем в гостинице на краю города, никуда не высовываясь и заказывая все необходимое прямо в номер. Конечно, если бы «супер» взялся за дело всерьез, не помогла бы никакая конспирация. Против них работало время, а убийца уже доказал, что является великолепной ищейкой. Но и сам он, очевидно, находился в цейтноте. Скорее всего «супер» не стал тратить драгоценные дни на поиски двух уцелевших, а сразу же отправился давить очередное гнездо. Пока там не очухались…

Мотаясь по свету, Андрей и Марго сменили несколько карликовых государств. И лишь посчитав, что надежно запутали следы, выбрали в качестве ПМЖ одно из них. Барбадос. «Наши земляки уже доказали, что здешний климат им нипочем, — сказала Марго, намекая на жутко популярную когда-то телепередачу „Последний герой“. — Правда, тот архипелаг на другом краю Карибского моря. Но какая разница? Тут по крайней мере есть хоть какая-то цивилизация».

Экономический основой этой цивилизации был произраставший в изобилии сахарный тростник. Тем не менее оба наших героя и здесь нашли работу себе под стать. Марго без особых проблем устроилась преподавательницей английского в один из колледжей Бриджстоуна. Андрей являл собой более запущенный случай. Пришлось обучать его языку каким-то совершенно сумасшедшим экспресс-методом, после чего гениального писателя со скрипом приняли в штат убогой развлекательной газетенки. В общем, можно было жить. Впрочем, кое-что еще оставалось и от денег Клана — они не роскошествовали, а домик себе купили более чем скромный.

Ворохов подошел к Марго и обнял ее.

— Ты должна меня понять… Я без этого не могу. Тебе наплевать, добьюсь я успеха или нет, лишь бы был живой? Хорошо, обещаю тебе не откидывать копыта хотя бы в ближайшие сорок лет. Не поверю, что «супер» отслеживает всю выходящую в мире беллетристику. Конечно, было бы гораздо спокойнее, если бы я издал роман на одном из языков Папуа — Новой Гвинеи…

Он натянуто улыбнулся, но на Марго это не подействовало.

— Как ты думаешь, — спросила она, — «супер» может завладеть миром?

— Да ну, что за чушь! Это невозможно хотя бы потому, что он один как перст.

— Неважный аргумент. Тебе ли, знатоку душ, не знать человеческую натуру! Стоит кому-то проявить злую волю, продемонстрировать разрушительную силу, как он тут же обрастает толпами холуев, готовых топить в крови целые народы. Так что это вовсе не чушь.

— Брось! — — сказал Андрей, гладя ее волосы. — Если он даже сумеет истребить весь Клан, его все равно остановят. На Земле шесть миллиардов людей с гаком. Не шутка! Мы сейчас ничего сделать не можем, но он обязательно на что-нибудь напорется. Вот тогда мы преспокойно покинем этот сахарный рай и…

Она высвободилась из его объятий.

— Вспомни, о чем сейчас пишут все газеты.

— О том, что на шишек из Пентагона внезапно напал мор? Подумаешь, трех генералов, одного за другим, хватила кондрашка! Простая теория вероятности.

— Если бы только генералов… А тот французский деятель? А английский? Заметь, это все ядерные державы!

— Неужели ты думаешь, что тут поработал «супер»?

— Почти уверена.

— Но как?!

— Мы о них очень мало знаем. Их же никогда не изучали, «суперов». Если кто-то не нравился — его сразу пускали в расход.

— Слушай, ты перетренировалась. Гнида он, конечно, порядочная, но не чудотворец же!

— Если бы так, Андрей… Если бы так…

Марго подошла к столбу и, раскачав нож, выдернула его.

— Хорошо, поступай, как считаешь нужным. Может, все и обойдется.

Ворохов заглянул ей в глаза. Они были тусклые и усталые.

— Мне страшно, Андрей, — сказала Марго, и нож, выскользнув из ее безвольной руки, упал в траву. — Мне страшно…

Повторяющееся волшебство — это уже обыденность. Выучив заклинание, дающее всегда один и тот же результат, скоро привыкаешь к нему, как живущий от зарплаты до зарплаты инженер к выигранному в телешоу навороченному мобильнику. Подлинное чудо, в какой-то момент переворачивающее жизнь, превращающее ее в ослепительную феерию, всегда непредсказуемо.

Ворохов убеждался в этом каждую ночь, когда Марго распахивала перед ним дверь в иную, магическую вселенную. Иногда он, еще предвкушая блаженство, пытался угадать, как откликнется его плоть на чары сладострастной феи, какие фантастические образы, затмевая реальность, вспыхнут в мозгу. Тщетно! Фея никогда не повторялась, она и сама не знала, чем одарит своего избранника на этот раз.

…Сейчас их несла стремительная горная река, крутила и вертела, то разъединяя, то снова бросая в объятия друг друга. Но подлинную остроту ощущениям придавала близость водопада — он ревел впереди, совсем рядом, там, где между двух черных утесов висел в напоенном влагой воздухе изогнутый меч радуги.

Марго и Андрея в последний раз захлестнуло с головой, бурное течение протащило их у самого дна, а когда вновь выбросило на поверхность, угрюмые каменные стражи реки остались уже позади. В следующее мгновение под ними разверзлась бездна.