Шрифт:
– Там лестница. Поднимайтесь и задержите их наверху. Где Мохаллет?
В ответ с улицы раздался крик, проклятия, шум борьбы.
– Неважный, видно, из него бегун. Они настигли его, - прогудел Ренни.
Пронзительный крик Мохаллета:
– Меня схватили! Помогите!
– внезапно оборвался.
Ренни, а за ним и остальные бросились на помощь.
Ничто не было милей их сердцу, чем хорошая драка. А то, что врагов больше десятка, что у них отравленные мечи и какое-то беззвучное таинственное оружие, дела не меняло.
Но на их пути встал Док.
– Наверх, парни!
Они подчинились, но не оттого, что боялись Дока или обязаны были выполнять его приказания. Просто они знали - его решения обычно оказывались наилучшими.
Еще не добравшись до верха скрипучей лестницы, они поняли, что Дока нет с ними. Он выскользнул из дома в темноту. Издавая шума не больше, чем падающие капли дождя, он повернул направо, чтобы, описав круг, ударить в тыл нападающим.
Слева от него пробежал человек. Док, изменив свой курс, бросился к нему. Человек включил фонарь и стал им размахивать. Свет колыхался, как огромный цветок.
Но вот он ударил в лицо Дока, и тут же раздался гортанный крик:
– Осторожнее! Он здесь!
Различить человека мешал слепящий глаза свет, но когда он замахнулся мечом, движение фонаря выдало направление удара.
С невообразимой быстротой рассчитав дугу, которую должен был описать меч, Док ловко увернулся. Сталь, рассекая воздух, просвистела мимо, и меч, со страшной силой врезавшись в мостовую, сломался пополам. Док схватил руку с фонарем и крутанул. Раздался крик боли.
Фонарик упал, линза и лампочка покатились в разные стороны. Док дернул снова. На этот раз человек выронил рукоятку меча с оставшейся его половиной.
В это время подоспели остальные. Глухой голос приказал по-арабски: Отойди! С Бронзовым человеком мы сами справимся.
И в тот же миг раздалось угрожающее "и-и-ик!". За первым выстрелом последовали другие, они все учащались, и звуки слились наконец в непрерывный вой.
Человек, которого Док обезоружил, страшно захрипел, продырявленный одним из снарядов насквозь. Еще несколько снарядов глухо ударились во что-то мягкое, затем все стихло.
– Он мертв!
В глухом голосе звучала уверенность.
– Я накрыл всю улицу на уровне груди и пониже, на уровне ног. Давайте свет, сыновья верблюдов!
Белый луч фонаря нашарил на земле бесформенное, развороченное снарядами почти до неузнаваемости, тело их соплеменника.
– Недоумок, - без тени сожаления сказал обладатель глухого голоса. Нам пришлось им пожертвовать, чтобы покончить с Бронзовым человеком. Сам виноват, он позволил так легко себя одолеть.
Луч фонаря все еще шарил вокруг. Постепенно всем становилось ясно, что Дока Сэвиджа здесь нет, ни живого, ни мертвого.
– Значит, он нашел, где скрыться! Живо, в эту дверь за остальными!
Толкаясь, они начали подниматься по лестнице, но вскоре с шумом и проклятиями скатились обратно, под тяжестью увесистых ящиков, которыми их забросали сверху.
Злобно ругаясь, шайка подобрала своих раненых и поспешно скрылась.
Глава V. Визит девушки
Не успели бегущие свернуть за угол, как Монах, перепрыгивая по нескольку ступенек, спустился по лестнице, а за ним по пятам Ренни и Хэм.
– Док!
В голосе Монаха слышалась тревога. Свет фонарика заплясал по фасаду дома и выхватил из темноты фигуру человека, спрыгивающего с довольно высоко расположенного подоконника. Глубокая оконная ниша и была той гаванью, которая дала Доку приют в шторм битвы. Потоки стаяв из таинственного оружия пролетели, не задев его.
Монах посветил на тело убитого.
– Это призрачное оружие, чем бы оно там ни было, пахнет чертовщиной.
Ренни и Хэм бросились было в погоню, но Док остановил их.
– Пусть уходят.
– Но мы же могли выследить их лаговc, - пожалел Ренни.
– Это сделает Длинный Том.
– Вот как! А я-то думал, что ен сейчас на банкете ученых басни рассказывает.
– Я ему позвонил. А в офисе на окне оставил распоряжение ехать сюда вслед за нами, караулить поблизости и вести здесь наблюдение за любыми подозрительными темнокожими господами, не ввязываясь ни в какие драки. Если только не вынудят обстоятельства.
– А Джонни где?
– Остался в офисе на связи, чтобы передать нам сообщения Длинного Тома.