– Никаких тайн. Просто в соседнем зале стоит генератор кислорода. Я здесь живу.

– И давно?

– Давно... Идемте дальше.

И они снова пошли. Теперь ход был слишком широким, шагалось по нему легко.

В правой руке Астрагал держал фонарь, в левой - скафандр, волочившийся за ним по полу, напоминая шкуру неведомого зверя.

В следующем зале Дьондюранг увидел каменный стол, вытесанный из большого сталагмита. Слева виднелся большой грот, приспособленный под шкаф, с каменными полками. Рядом с гротом - калориферная печь и семь канистр от горючего Бакса. Правее стола - голубые реторты генератора кислорода, а неподалеку - в беспорядке - хозяйственная утварь, а дальше опять небольшой грот в роли книжного шкафа.

Астрагал подошел к генератору и, склонившись над ним, щелкнул чем-то. И сразу же с высоченного потолка полился яркий, чуть голубоватый свет. Дьондюранг даже прищурился.

– Вы прекрасно устроились. Здесь даже уютно. Но мне непонятно, что вы делаете на астероиде.

– Живу после собственной смерти.

– Простите, как вы сказали?

– Да-да, вы не ослышались. Для них я уже умер.

– Для кого?

– Для всех, кого нет в этом зале.

– Простите... Не понимаю.

– Ничего, поймете... надеюсь. У нас достаточно времени впереди... А какова цель вашего прилета сюда?

– Вас это может удивить, но я еще толком и сам не знаю,- доверчиво улыбнулся Дьондюранг. Перехватив удивленный взгляд Астрагала, пояснил ему: - Видите ли, я летел на Инканский комбинат биокибернетики для демонтажа. Но по пути почему-то взбрела в голову такая прихоть - выйти на этом астероиде.

– Странно,- усмехнулся Астрагал.

– Что странно?

– Да, собственно говоря, все странно... И наша встреча в этой пещере...

– А не могло это оказаться запрограммированным заранее?
– воскликнул внезапно Дьондюранг.

– Что-о? А было бы забавно.
– Астрагал улыбнулся.
– Садитесь-ка к столу... Семь лет я никого не видел, и сейчас вы можете себе представить, что я чувствую, встретив вас... Я уже стар... Прежде был профессиональным космоисследователем, посвятил этому всего себя, но потом пришло время оставить полеты. Наступила старость. Жить без любимого дела показалось мне бессмысленным... И не хотелось отягощать собою никого. Решил затеряться в глубинах вселенной, которой служил, сгореть, как легендарный Редин... Но не хватило сил сознательно прервать свою жизнь... И вот я в этой пещере... А чем вы, простите, планировали питаться здесь, на астероиде?
– спросил вдруг Дьондюранга.

– Я установил себе универсальный энзимный тракт, - ответил тот.

– О-о! Так, значит, уже создали? В мое время об этом лишь поговаривали.

Астрагал поставил на стол блюдо с пастой розового цвета и большую зеленую флягу, приглашая гостя к трапезе.

Дьондюранг сел и спросил Астрагала:

– Скажите, если не секрет, что вы оставили в мире людей и что нашли здесь, на астероиде?

Астрагал долго молчал.

– Думаете, так просто ответить вам? К тому же каждый день в какой-то мере меняет прежние взгляды... Семь лет назад я мыслил совсем иначе... Короче говоря - оставил жену, которая меня любила и которую я любил. Жаль теперь, что степень, меру этой любви я оценил только здесь. Оставил взрослых детей - сына и дочь...А нашел лишь утраченную зависимость от суровых условий. Я врос в эту пещеру и чувствую, как она направляет мою жизнь.

– Вы так нуждаетесь, чтобы вами кто-то руководил?
– Дьондюранг поднес флягу к губам и отпил глоток.
– Какой чудесный, ароматный напиток! Как вам в этой пещере удалось его синтезировать?

– Нет. Это фляга еще с Инканы... Она припасена для подобного необычного случая... А в возможность управлять собственной жизнью я не верю. Можно управлять кем-то, но собою - нет... Когда я был космоисследователем, то управлял могучими машинами, людьми, киберами, думал и был уверен тогда, что и собой тоже. Но теперь-то я точно знаю: это они руководили мной. Я зависел от каждого из них. Когда пришло время оставить полеты, когда я стал принадлежать только себе, тогда почувствовал свое ничтожество...

– Позвольте, почему вы обыкновенную тоску по старым друзьям превращаете чуть ли не в философские постулаты? Почему?
– не выдержав, воскликнул Дьондюранг, - И почему вы утверждаете, что сбежали на астероид, лишь бы почувствовать зависимость? Это неправда! Не нужно быть кибером, чтобы понять: вы хотели, как и раньше, продолжать чувствовать свою силу, свою самостоятельность. Разве не так? Вы, люди, все слишком плохо отличаете причину от следствия, утверждение от предположения, желание от потребности. Большинство людей нуждаются в одном, стремятся совсем к иному, а делают вообще невесть что... Или, может, вы что-то скрываете? Может, для бегства были еще какие-то основания?

Астрагал улыбнулся и протянул руку.

– Передайте мне, пожалуйста, флягу... Да, с вами трудно не согласиться. Но и ваше появление на этом астероиде не назовешь вполне осмысленным, целесообразным.

– Что поделаешь.- Дьондюранг вздохнул.
– Я тоже несовершенен. Но, по крайней мере, никогда не лицемерю. А вы порою ищете и не хотите находить, находите, чтоб было что терять, теряете, лишь бы оплакивать утрату. Для вас кажется слишком простым, даже недостойным человека ценить то, что имеешь... Я всю жизнь посвятил изучению человеческой природы...