Но, судя по уверениям Полоцухиной, ее муж был по-настоящему перепуган.

Полоцухина отнесла это на свой счет. Что ж, это ее дело. Но у Светловой появились сомнения: что-то другое испугало господина Полоцухина! Отнюдь не гипотетический гнев супруги. Вряд ли также, что он «играл», симулировал этот смертельный страх.

Так что же его испугало?

Вернее, чем его испугала визитерша?

И опять эта баба «в белом»!

Или все-таки — не баба?..

Не исключено, что это можно считать главным итогом их с Ладушкиным вояжа на полуостров.

Еще один был мертв. Неважно — диабет, не диабет. Он мертв, как и остальные двое. Как Николаев и Гец…

Причины, из-за которых они все погибли, — разные, но результат — практически одномоментно! — одинаков. А какие бы ни были причины, но если смерть случается в одно и то же время и при сходных обстоятельствах — после посещения дамы, — их что-то, да объединяет. Но что?

И Полоцухина тоже накануне смерти посетила какая-то женщина.

Она сообщила что-то ужасное?

Или…

Что же скрывалось там, под низко опущенным капюшоном?..

Никто из свидетелей посещения, ни Инна Гец, ни жена Полоцухина, — никто из тех, кто был в данный момент жив, не видел лица под капюшоном.

Почему же все они, не старые и не слабые мужчины, повидавшие в жизни всякое, были так напуганы?

Чем она их так потрясла?

Просто не женщина, а Медуза Горгона какая-то!

От одного взгляда стынет кровь.

Вот она у них всех и застыла. Увы, на той самой температурной отметке, на которой прекращается жизнедеятельность.

И люди превращаются в мертвецов.

* * *

Аля Фокина, не раскрывая штор, подошла к зеркалу. Подошла, зажмурившись.., и, наконец, решила взглянуть. Так, в полутьме, в сумерках, было не слишком страшно.

Долго стояла перед зеркалом, затаив дыхание.

Где же, где она, где справедливость ? Неужели никто не должен за это ответить?!

Потом, еле передвигая ноги, подошла к, телефону.

Набрала междугородный номер.

Трубку взяла девочка.

— Будьте любезны, попросите к телефону Полоцухина Александра Федоровича.

— Его нет, — ответил с некоторой заминкой детский голос.

— А когда он будет ?

— Никогда.

— Что, переехал ?

— Папа умер.

В трубке послышались гудки.

Она стояла с трубкой в руках. «Папа», то есть Полоцухин, умер.

Наконец она положила трубку на место.

Еще один.

Глава 6

В конце «Новостей» обычно были сообщения неполитические. Что-нибудь забавное и не слишком серьезное. Что-нибудь про львенка, которого выкармливают детскими смесями в африканском национальном зоопарке добрые смотрители.

На сей раз это был сюжет о черепахах. На каком-то острове в каком-то океане…

Анна смотрела и не верила своим глазам: это был видеоряд, иллюстрирующий слово в слово то, о чем бормотала Яна Васильевна, когда они сидели с ней в сторожке Вершинина на острове посреди озера.

Умирающие на раскаленных камнях и скалах гигантские черепахи вытягивали морщинистые шеи, пытаясь вырваться из-под панцирей своих сородичей, которые упорно все лезли и лезли на берег.

И два добрых человека в шортах, английская пара, метались среди этих панцирей, поливая водой из пластиковых бутылок вытянувшиеся из-под них в агонии черепашьи головы.

Загадка природы. Откуда они взялись там в таком количестве? Почему стремились выползти на берег? На верную смерть. Ну кто бы мог все это объяснить?