– Не думаю, что они вымерли совсем, – трезво заметила леди Клотильда. – У них ведь были замки, как я поняла из слов этого… нашего маккилиоди. И как мы сами все удостоверились, в замках имелись подземные ходы. Стало быть, они были не идиоты и предполагали вероятность такого развития событий. Укрытие сие, в котором мы сейчас находимся, явно делалось для беглецов. Кто-то должен был здесь спрятаться и – два против одного – всенепременно и спрятался! Если есть дыра, в ней непременно должна быть и крыса…

Карлик наконец оторвался от поглаживания кинжальчика и медленно повернул голову в их сторону. Жутко блеснули белки глаз.

– Леди правая… Их было восемь – дети и два… женщина.

– Да? Я об этом не знал, – растерянно пробормотал лекарь. – Бедняги.

Карлик сидел, почти царственно теперь выпрямившись и положив… возложив руки с Серегиным решадлем себе на колени. Остатки срезанных век чуть подергивались.

– Дети выросли. Поженился. Снова дети. Выросли. Женился. Но… они не барраядли. Бедняги, да. Чтобы выжить, золото нада. Решадли – их не было. Бросали, брали золота и шли. Горе. Я пришел, искал решадли… Нету, не нашел. Барона нашел меня. Я… был не такой. Совсем не такой. Нет…

– А что, дети барраядли часто тоже становились этими… барраядли? – осторожно спросил Серега.

Карлик молчал, погруженный в свои мысли. Ответил лекарь:

– Нет, ваше сия… сэр Сериога. Но среди их детей это случалось чаще. Вы понимаете? Они были рождены среди этого, воспитывались среди этого… А те, кто так и не стал… м-м. Они не бедствовали. Семья помогала. Деньгами, решадлями. Чаще всего… чаще всего они становились купцами.

– Теми самыми, которые потом и…

– Да, сэр Сериога. Увы… Несчастные дети, коих природа обделила тем, чем так щедро одарила отцов их, ненавидят за то не природу, а своих отцов. Они более близки детям и уязвимы для их ударов…

– Все, как всегда, – буркнул Серега. Все революции и перевороты делаются выходцами из высшего общества, которым не повезло достичь в этом самом обществе высот и достойного положения. Не везло справедливо, как непременно выяснялось потом (когда управление революциями и переворотами благополучно переходило в руки других, менее высокородных, но более оборотистых и деловых).

– Но все же они могли бы как-нибудь унести с собой решадли…

– Кто знает? – пожал плечами лекарь. – Может, боялись быть пойманными по дороге. В те времена люди шли на костер за одно только подозрение в хранении решадля… Вне зависимости от возраста. И детей жгли тоже. Сами решадли тогда безжалостно уничтожались. А ведь на создание некоторых из них уходила почти вся жизнь их создателя…

– Брали только золота, – монотонно подтвердил карлик. – Решадля нет. Опасно. Плохо. Многа плакать. Так хочу плакать! Не могу. Совсем плоха.

Все смущенно молчали. Остатки срезанных век на лице-черепе продолжали дергаться. Серега слез с настила, отодрал от своей многострадальной рубахи клок почище, сходил в угол с колодцем – благо глаза его уже привыкли к темноте, смочил и принес клок карлику. Тот принял с благодарной полугримасой-полуулыбкой на ужасном лице и сразу накрыл лоскутом глаза – видимо, роговица уже пересохла за время длинной беседы.

– Не стоит так расстраиваться, – откашлявшись, сказал Серега, – я же нашел этот решадль. Там, кстати, насколько я помню, еще один поя… остался.

Карлик дернулся.

– Где?! Текулли – где?!

– М-м… Место там не очень людное. В лесу… в небольшом распадке. Странное такое место – камни посреди леса. И тропинка среди камней… То ли святилище, то ли могильник…

– Могильник? Могила? А знаете, это весьма интересно, сэр Сериога, – оживился лекарь. – Вы знаете, были и могильники-барраядли. То есть был – я, по крайней мере, читывал об одном. Это… Это может быть очень интересное место, сэр Сериога. Хотел бы я там оказаться…

– Чудненько! – рявкнула почти уснувшая за время высокомудрых бесед леди Клотильда – н-да, разговоры, где не слышны столь сладкие Клотильдиному уху слова “доблесть”, “рыцарь” и “ка-ак дал он ему кулаком в ухо” – эти разговоры были не для Клотильды. – Но, может быть, мы все же перестанем болтать о так и не сумевших выжить барраядли и займемся своим собственным выживанием?!

– Выживание? – деланно подивился Серега. – Мне показались, вы собирались мстить, леди Клотильда!