Йан понял, на что намекает Джудит.

— Да, — ответил он не колеблясь.

— Изабелла сейчас — как воин, отправляющийся в бой, и ей необходимо… Постойте, вы сказали «да»? Вы и вправду бы выбрали себе в помощники неопытного оруженосца? — изумилась девушка и с недоверием посмотрела на своего провожатого.

— Да, — рассмеялся тот.

— Вы обманываете меня для того, чтобы я почувствовала себя более уверенно, — улыбнулась Джудит. — Все правильно. Это помогает. А теперь обманите меня еще раз. Повторите, что все будет хорошо. Может быть, я на этот раз вам поверю.

— Джудит, если действительно возникнут какие-то осложнения, я тотчас же пошлю кого-нибудь за Агнес.

— Да поможет тогда Господь Изабелле, — прошептала Джудит. — Йан, а вы не удивляетесь тому, что она до сих пор не послала Уинслоу за повитухой?

— Удивляюсь, — кивнул Йан.

Джудит рассказала ему о том, что узнала о повитухе и ее помощнице. Потом высказала свое мнение на этот счет. К концу рассказа голос ее дрожал от ярости.

Ей хотелось знать, что думает Йан о поведении Агнес, но к тому моменту они уже добрались до тесного двора перед домом Изабеллы, и для разговоров больше не осталось времени.

Не успел Йан поднять руку, чтобы постучать, как Уинслоу сам распахнул перед ними дверь. Волна жара — настолько сильного, что он чуть не опалил лицо Джудит — вырвалась из дверного проема. Лоб Уинслоу был густо покрыт потом, крупные капли которого ручьями скатывались по вискам.

Внутри было настолько жарко, что Джудит едва могла дышать. Она вошла и увидела Изабеллу, сидящую на краешке кровати. Бедняжка согнулась пополам под тяжестью нескольких толстых одеял и тихо плакала.

В это мгновение Джудит твердо решила, что не уйдет из этого дома до тех пор, пока не сделает все. что в ее силах.

Стоны Изабеллы надрывали Джудит сердце. Йан опустил ей на плечи свои громадные ладони, и только тогда до нее дошло, что он стоит прямо за ее спиной.

— Уинслоу, Джудит считает, что… Джудит не дала ему договорить.

— Мне кажется, что эта жара в доме совершенно ни к чему, — заявила она и, обернувшись, взглянула на Йана. — Не волнуйтесь так, — шепнула она ему. — Все будет хорошо.

Произошедшая в ней перемена поразила Йана. Ни в глазах ее, ни в голосе не было и намека на панику. Джудит казалась невозмутимо спокойной… и вполне владеющей ситуацией.

Она не спеша подошла к Изабелле.

— Боже правый, Изабелла, здесь жарко, как в чистилище, — заявила она нарочито веселым голосом.

Изабелла не откликнулась. Тогда Джудит опустилась перед ней на колени и медленно размотала одеяла, наверченные вокруг ее головы.

По щекам Изабеллы ручьем лились слезы. С волос, спутанными прядями свисавших на плечи, градом катился пот. Джудит аккуратно отвела их ей за спину, а щеки промокнула краешком пледа. Проявив эту почти материнскую заботу, она взяла руки Изабеллы в свои и ласково заглянула ей в глаза.

Заметив страх в глазах Изабеллы, девушка чуть было не расплакалась. Конечно, она этого не сделала: ведь новая подруга нуждалась сейчас в ее силе и уверенности. А поплакать можно и потом, когда они пройдут наконец это жуткое испытание.

Она сжала руки Изабеллы.

— Я хочу, чтобы ты внимательно выслушала то, что я тебе сейчас скажу, — приказала Джудит и, дождавшись, когда Изабелла кивнет, продолжила: — У нас все получится!

— Ты останешься со мной? Не уйдешь? — внезапно воодушевилась та.

— Останусь. Обещаю, — улыбнулась Джудит.

Изабелла улыбнулась в ответ.

— Как давно у тебя начались боли? — спросила Джудит.

— Ранним утром, — ответила Изабелла. — Мне не хотелось говорить об этом Уинслоу.

— Почему?

— Я надеялась, что они постепенно утихнут, — ответила Изабелла тихим шепотом. — И боялась, что муж не послушается меня и настоит на том, чтобы привести сюда Агнес. Я и так потратила уйму времени на то, чтобы заставить его выпросить у Йана разрешение пригласить сюда тебя.

Слезы вновь потекли по щекам Изабеллы. Теперь она уже сама схватила Джудит за руки.

— Спасибо, что пришла, — горячо поблагодарила она Джудит.

— Я рада помочь, — ответила та, надеясь, что Бог поймет и простит ее за то, что она поначалу совсем не хотела сюда идти. — Изабелла, то, что ты испытываешь страх, вполне естественно. Но помимо него ты должна испытывать также большое волнение и радость. Ведь через каких-нибудь несколько часов ты дашь миру новую жизнь.