Мы забрали мальчика из Нидароса и вернулись в Мер, но Хакона там уже не было. Люди на островах сказали, будто ярл пошел в залив и битва уже началась. Мы тоже двинулись туда.

Я остановил «Акулу» за скалой, выбрался на берег, отыскал место поудобнее и осмотрел залив. Жители островов не солгали, и в заливе готовились к сражению. Корабли йомсвикингов растянулись длинной, уходящей в море дугой. Дальше всех стояли украшенные большеголовыми змеями двадцать лодей Вагна, племянника Буи Толстого. Против них выстроились шестьдесят мелких суденышек Эйрика. Ближе к берегу засты-ли пестрые, как праздничные деревья, драккары самого Буи, а посредине развевалось знамя Сигвальди-ярла. Перед йомсвикингами покачивались сине-белые драккары Хакона. Издалека они походили на угодивших в сеть рыб.

— Что там? — не выдержал Скол.

Я соскользнул со скалы и повернулся к сыну Хакона, Эрлингу. Мальчишку ничуть не интересовал предстоящий бой. Сидя на скамье, он ковырял носком сапога настил и что-то напевал.

— Я видел, как Буи напал на Эйрика, твоего брата, — сказал я.

Эрлинг поднял белокурую голову, окинул корабль равнодушным взглядом и молча уставился на каменный склон берега странными, почти прозрачными глазами. Казалось, он ничуть не огорчился, а только прислушался, надеясь уловить в шуме ветра голос старшего брата.

— А что мы будем делать? — не унимался Скол.

— Пойдем, посмотришь, — ответил я и подтолкнул кормщика к скале.

380

Цепляясь за выступы и в кровь обдирая пальцы, мы забрались на вершину. Оттуда был хорошо виден залив, светлые пятна отмелей под водой и стоящие над ними дуда Хакона. Ярл схитрил и нарочно поставил свои дорабли у мелей, чтоб большие драккары йомсвикингов не могли к ним подобраться. Но даже при такой расстановке ему приходилось туго. Сигвальди теснил его от берега, и несколько кораблей уже сцепились бортами далеко от спасительных мелей. Возле них, крестом разбросав руки, медленно опускались в глубину мертвые

, воины.

— Гляди! — Скол указал на корабль Эйрика. Словно не замечая вражеских стрел и крючьев, маленький драк-кар с морским чудовищем на носу спешил на выручку к отступающему Хакону.

— Молодец парень! — похвалил Скол. Да, Эйрик умел воевать. А еще он понимал, что смерть отца уничтожит могущество всего его рода. — Хватит пялиться! — одернул я Скола и указал ; вниз, под скалу. Там, извиваясь гибким и узким телом, блестел зажатый камнями пролив. — Лучше скажи — по нему пройдем?

Моя задумка была проста — выскочить из пролива прямо к кораблю Хакона.

— Узко, — покачал головой кормщик, — и мелко…

: Кажется…

: Я нахмурился. Скол начал лениться, а ленивый кормщик — враг кораблю. Таких гонят из хирда…

Заметив мое недовольство, он зябко повел плечами, вздохнул и принялся снимать рубаху. : — Ладно, погляжу, — швыряя ее к моим ногам, буркнул он.

Я потрепал его по плечу:

— Так нужно…

— Нужно? — Брови Скола приподнялись, а глаза налились гневом. — Кому? Ты же сам видишь — эта битва проиграна! К чему в нее лезть?! Глупость не приносит славы совершившему ее, даже если он очень отважен!

— Ты забыл, что отныне мы служим ярлу, — напомнил я.

— Да! — фыркнул Скол. — Он решил погибнуть и забрать с собой всех, даже малолетнего Эрлинга! Эйрика ему уже мало!

— Замолчи! — прикрикнул я, но Скол не унимался:

— Ну скажи, какого рожна ему понадобился Эрлинг? Мальчишка шарахается от оружия, как чумной, а мы полезем в это пекло из-за ярловой блажи?!

— Ты пока хотя бы в воду залезь!

Скол говорил верно, но никто в роду Волка не нарушал данного слова, и если я обещал доставить мальчишку к Хакону, значит, доставлю.

Скол фыркнул, выругался и головой вниз спрыгнул со скалы.

«Дурак, — рассердился я. — Разобьет лоб, потом по-» пробуй сыщи такого кормщика!" Однако он вынырнул, д переплыл пролив поперек, еще раз нырнул и взмахнул рукой. Я сбросил веревку, и кормщик выбрался наверх. Его кожа покраснела и покрылась пупырышками, а с длинных мокрых волос стекали водяные струи.

— Пройдем… — растирая закоченевшее тело, сказал он. — Только нужно будет убрать весла и толкаться одним, как шестом.

Он сердился до самого пролива, а там стало не до обид. Весла вытащили и уложили на настил, оставив одно для Фроди с Хальвданом. Скол закрепил руль и крикнул:

— Давай!

Весло нырнуло в воду, ткнулось в дно, и «Акула» плавно вошла в протоку. Высокие каменные стены выросли с обоих бортов корабля и скрыли солнце. Покрытые ракушками и зеленью округлые выступы проплывали совсем близко от борта «Акулы», чуть не царапая ее обшивку.

— Будто в яме, — сумрачно прошептал кто-то. Не выпуская руля, Скол встал и вытянул шею.

— Еще вперед! — крикнул он. Викинги подналегли на весло. «Акула» заскрипела. Ее днище зацепилось за какой-то подводный валун.