– Ну, не трусь. Правда?

– Да!
– зло сказал Тессей.
– Я не знаю... И вообще...

Сердце маленькой фехтовальщицы тяжело ухнуло и замерло. Озноб какой-то дикой радости охватил ее.

– Лена, - сказал из полутьмы Тессей, - простите меня... Не обижайтесь, пожалуйста...

– Мои дорогие подданные, - раздался в сумерках голос Арианты, - с вами говорит страдающий дух короля летучих мышей и ночных бабочек Бэта МСХII Спесивого. Если вы сейчас же не перестанете мешать бедной девочке спокойно прогуливаться, я прикажу вас укусить...

Маленькая фехтовальщица сорвалась и помчала к саду.

"Что со мной, - подумала она, - все страньше и страньше..."

Ребята встали возле лазоревой яблоньки - волшебные свойства ее яблок так и остались невыясненными.

– Ты скоро уходишь?
– грустно спросила принцесса. Отблеск праздничных костров на площади мерцал в ее волосах.

– Ухожу, - вздохнула маленькая фехтовальщица.
– Мне надо ехать в спортлагерь, у меня на носу чемпионат.

– Мы еще встретимся, - уверенно сказал Тессей.

– Когда?
– сказала Лена.

– Мы придем к тебе в гости, - сказала Арианта.
– Барон Дэкнесс говорил, что друзья никогда не должны расставаться. По-моему, он прав...

Лена проснулась от шороха. Лампа на папином столе горела. Маленькая фехтовальщица села на кровати: прямо на развороте лежащего возле пресс-папье журнала стоял лейтенант Гифт, что-то задумчиво переписывая в маленькую книгу с желтой обложкой. Лена подкралась сзади и прочитала:

– Уолтер Тейп... Топология миражей...

– Доброе утро, графиня.
– Лейтенант обернулся и склонил голову в приветствии.
– Прошу простить меня, я без дозволения вторгся в вашу библиотеку.

– Доброе-утро-все-нормально!
– сказала маленькая фехтовальщица. Только скажите, лейтенант, вы - тоже мираж?

– Нет.
– В тени широкополой шляпы блеснули синими огнями глаза. Принцип похож. Но все сложнее: мы все-таки материальны...
– лейтенант стушевался.
– Еще раз прошу прощения, я вас не понял, графиня. Еще два миража с нетерпением ждут вас на кухне.

Маленькая фехтовальщица бросилась к двери. Пол в коридоре оказался заставленным баулами и сундуками. Перебравшись через баррикады, Лена ворвалась в кухню.

За столом сидели Тессей и Арианта и пили молоко из маминых хрустальных фужеров. На столе, важно задрав мохнатый валик хвоста, стоял Гермес и, вытягивая шею, лакал молоко из такого же фужера.

– Ага-а-а!..
– сказала Арианта, наморщив нос.
– Ведь не ждала, правда?

Маленькой фехтовальщице показалось, что она услышала щелчок ломающегося Кольца Событий.