— Но почему мы должны вас различать? — прорычал Рагнарсон. — Один продавец лжи ничем не отличается от другого. Боги милостивы к тебе, Гарун. Они показывают, что желают заключить с тобой мир. Я знаю прекрасный способ, как избавиться от этого червя.

— Я готов выслушать любое предложение, — ответил Гарун, не сводя глаз с министра.

— В Тролледингии мы перевозим предателей на телеге, предварительно их слегка подвесив. Не высоко. Так, чтобы они могли немного поплясать. Когда караван достигает Тондерхофна, мы вынимаем предателя из петли и ещё живого четвертуем. Отрубленные части тела мы рассылаем в четыре стороны света в назидание другим.

— Весьма любопытный обычай. Я, вне всякого сомнения, прибегнул бы к нему, если бы располагал поселениями, через которые его можно было бы провезти, и столицей, где можно было бы устроить четвертование. Но ни того, ни другого у меня нет. Поэтому, видимо, придется поискать не столь театральное решение проблемы.

Однако министр не казался испуганным, его поза и взгляд говорили о том, что он по-настоящему смелый человек, добровольно возложивший на себя опасную миссию.

— Я возмущен вами, — продолжал Гарун. — Но однажды вы мне помогли, и теперь я готов вас выслушать.

— Во-первых, я хочу изложить факты, и ваше дело, верить им или нет. Во время переговоров в Дунно-Скуттари мой кузен ухитрился вступить в тайный сговор с Эль Мюридом. Его агенты смогли изолировать на несколько дней всех моих сторонников. За этот период и были разработаны основные положения мирного договора. Гильдия согласилась на постыдные условия мира потому, что сохранность её собственности гарантировалась и к югу от Скарлотти ей предоставлялись земли для расселения ветеранов. После этого мой кузен издал приказы, которые и привели к тому, что вы оказались в ловушке в Лебианнине. Я готов признать свой позор, но ответственность отметаю.

Гарун обжег его взглядом. Министр, напротив, смотрел на него совершенно спокойно.

— Нет, вы виноваты, — заявил Рагнарсон. — Это было ясно с самого начала войны по тому, как Грейфеллз держал себя с Эль Мюридом. Вы даже не пытались его остановить.

— Кто этот человек? — поинтересовался министр.

— Мой союзник, — ответил Гарун. — Браги Рагнарсон. И я хочу, чтобы вы ему ответили.

— Рагнарсон? Прекрасно. Я давно хотел с ним познакомиться. А ответ мой таков: он не разбирается в политике Итаскии. Грейфеллза невозможно контролировать без того, чтобы не началась гражданская война.

— Доброй порции яду было бы достаточно, — буркнул Рагнарсон.

— Однако мы отклонились от темы, — вмешался Гарун. — Переходите к делу. Чего вы хотите?

— Подтвердить наш договор.

— Какой договор?

— Тот, что мы заключили четыре года тому назад. Я не хочу, чтобы он изжил себя только потому, что война закончилась.

— Закончилась ваша война, а не моя. Продолжайте.

— Эль Мюрид по-прежнему остается Эль Мюридом. Он не отказался от своих планов, а всего лишь отступил, чтобы взять передышку. Он контролирует почти всю территорию к югу от Скарлотти, да и к северу от реки семена его идей упали на плодородную почву. При следующей попытке он может нас покорить.

— Ну и что?

— Вы сказали, что ваша война не кончилась. Предлагаю вам помощь на постоянной основе. Мощное роялистское движение помешает Эль Мюриду осуществлять свои планы. Оно могло бы постепенно уничтожать его бастионы за пределами Сахеля. И у меня останется тайный союзник, в котором я так нуждаюсь в силу причин, которые мы обсуждали ранее. Мой кузен теперь изменит свою стратегию. Удар кинжалом во тьме может оказать мне неоценимую услугу.

— Однако мне почему-то кажется, что этой помощи не хватит на то, чтобы посадить меня на Трон Павлина. Ее будет достаточно лишь на то, чтобы я продолжал борьбу и служил бы полезным инструментом для достижения ваших целей.

— О, похоже, что мы становимся все более циничными. Я не ошибся?

— Не смею отрицать.

— У меня на уме есть для вас одно дело, способное сделать вас такими богатыми, что все будут вынуждены считаться с вами как с очень серьезной силой.

— Выкладывайте. Я пока ещё не решил окончательно, перерезать вам горло или нет.

— За него, естественно, предстоит ещё побороться. Поскольку война связала наш флот, пираты окончательно распоясались и обосновались на Красных островах. Во главе их стоит изменивший своей братии чародей. Нам надо, чтобы кто-нибудь отправился на острова и убил его. Если этот кто-нибудь окажется достаточно ловким, то он сможет захватить награбленные сокровища и бежать с островов ещё до того, как на помощь явится пиратский флот.

Гарун посмотрел на Браги. Тот в ответ лишь пожал плечами.

— И вы допустите, чтобы мы увезли эти сокровища?

— Они когда-то были собственностью Хэлин-Деймиеля.

— Понимаю. Шадек, проводи этого господина и устрой его как можно удобнее.

Эль Сенусси увел итаскийца.

— Хитроумный тип, — заметил Браги.

— Почему ты так решил?

— Он помахал у тебя перед носом горшком с золотом, и ты совсем забыл о Лебианнине.

— Думаешь, он говорит правду?

— Все возможно. Даже это.