Гарри, потерпев поражение, покачал головой и скорчил кислую гримасу.

— Слишком вы сильны для меня, — сказал он. — И так будет всегда, — и, помолчав, добавил:

— Вы хотите, чтобы я обеспечил “утечку информации”, как в прошлый раз? Я могу сделать это достаточно просто, дав информации ровно столько, чтобы все астрономическое братство пришло в ажиотаж! Это мог бы сделать анонимно некий “любитель”, как вы понимаете. При условии, что, когда расчеты окажутся правильными, одну из этих планет назовут Мёбиус.

Мёбиус был поражен:

— Вы действительно можете сделать это, Гарри?

— Я уверен, что нашел бы подходящий способ.

— Мой мальчик... Боже! — Мёбиус был вне себя от радости, услышав о таких перспективах. — Гарри, как бы мне хотелось пожать вашу руку!

— Вы можете сделать для меня гораздо большее, — ответил ему Гарри, мгновенно посерьезнев. — Вы помните, что в последний раз, когда я приходил сюда, у меня была вполне определенная проблема? Так вот, теперь у меня проблема еще более серьезная.

— Давайте, излагайте ее, — последовал немедленный ответ, и Гарри рассказал о поисках жены и сына. Он завершил рассказ пояснением:

— Так что, как видите, это уже теперь не просто мое семейное дело, но мне следует позаботиться и о британском агенте Майкле Симмонсе.

Мёбиус, похоже, пришел в замешательство.

— И вы пришли за помощью ко мне? Ну да, естественно, пришли... Но никак не могу понять, чем бы я мог вам помочь! Я хочу сказать, что если их нет здесь — этих троих людей, — если они физически прекратили свое существование в этой Вселенной, то как могу я или кто-либо иной подсказать, где и каким образом искать их. Наша Вселенная — это единственная Вселенная, Гарри. Ее дефиницией является само ее название. Вселенная — это все сущее. И если их нет в ней, значит, их нет нигде.

— Точно таким же образом рассуждал и я, — признался Гарри. — До последнего времени. Но вы и я, разве мы оба не упускаем из виду очень важный факт?

— Какой именно?

— Бесконечность Мёбиуса, — ответил Гарри, начиная свое объяснение. — Вы сами признаете, что это чисто метафизический план существования, не относящийся к нашей Вселенной. Ступив в бесконечность Мёбиуса, я выхожу из трех привычных координат измерения. Бесконечность Мёбиуса выходит не только за границы трех измерений обычного пространства, но и за четвертую координату — время — и проходит параллельно всем им! А что вы скажете о черной дыре?

— А что я могу сказать? — Мёбиус ментально имитировал пожатие плечами.

— А разве не является любая черная дыра выходом из этой Вселенной? Мне, во всяком случае, всегда объясняли это именно так: это настолько сильная концентрация гравитации, что время и пространство проваливаются в нее. А если они являются выходами отсюда, “из сейчас”, то куда же, черт возьми, они ведут?

— В иную часть нашей Вселенной, — ответил Мёбиус. — Для меня это выглядит единственно разумным объяснением. Однако, извините, я пока еще всерьез не занимался черными дырами. Тем не менее, это у меня запланировано.

— Не упускаете ли вы сути дела и не уклоняетесь ли от нее умышленно? — желал знать Гарри. — Вопрос мой формулируется так: если какая-то черная дыра куда-то ведет, пусть в какое-то место, отстоящее на много световых лет, что находится в промежуточном пространстве? Где находится материя, затянутая в эту дыру с момента исчезновения и до момента нового появления? Видите ли, для меня все это выглядит весьма похоже на нашу бесконечность Мёбиуса.

— Продолжайте, — Мёбиус явно заинтересовался.

— Хорошо, — сказал Гарри, — давайте посмотрим на это чуточку по-иному. Во-первых, мы имеем... Ну, назовем это обычной Вселенной, и, предположим, выглядит она следующим образом.

Он продемонстрировал Мёбиусу ментальную схему.

— А откуда эти перегибы ? — немедленно поинтересовался математик, разглядывая схему.

— Без них на схеме была бы просто пара параллельных линий, — ответил ему Гарри. — Перегибы определяют ее, дают ей внешний вид.

— Наподобие ленты?

— Если для наглядности, то почему бы и нет? Насколько я понимаю, она может быть и кругом, а может быть и сферой. Просто таким образом нам легче визуализировать и прошлое, и будущее.

— Прекрасно, — согласился Мёбиус.

— Так вот, на этой схеме Вселенной, — продолжил Гарри, — мы не можем попасть из точки А в точку Б, не пересекая данной поверхности. Мы можем добраться до этой ленты из точки А, а затем пересечь ее и пройти в точку Б. Или наоборот — это безразлично. Ее поверхность предопределяет расстояние между А и Б, верно?

— Согласен, — ответил математик.

— Теперь посмотрите, как я представляю себе бесконечность Мёбиуса.

И он продолжил:

— Эта ленточная Вселенная, которую мы знаем, свернутая в кольцо Мёбиуса “сейчас”, повернулась на 90 градусов и превратилась в “вечно”, а это означает, что А и B находятся в одной и той же плоскости. Нам больше не нужно пересекать эту поверхность. Мы можем добраться из одной точки в другую мгновенно, сразу!