– Это… Ох, это так красиво!

Принц подошел к ней и показал на юг, на зеленую землю, поднимавшуюся из воды подобно миражу.

– Это Лурисия, – сказал он. Затем он показал на горы на западе: – А это Длинный Хребет, дальняя граница Амана.

В конце концов он показал на восток.

– Та земля – это Чандра, а за ней вы можете себе представить безбрежное Разделяющее море.

Он опять отошел в сторону и осторожно наполнил оба стакана вином.

– Это вино из собственных запасов королевы. – Его глаза на миг затуманились, и он произнес: – Простите. Из запасов короля. – Он протянул девушке стакан, и она нерешительно взяла его.

– Странное наказание, – негромко заметила она при этом.

Прежде чем начать личную проверку ночной стражи, Камаль убедился в том, что последние задержавшиеся гости покинули пределы дворца. Он начал свой обход возле главных ворот и оттуда направился на запад, проверяя, все ли стражники, назначенные в ночной дозор, находились на указанных им местах, все ли светильники, расположенные вдоль стен дворца и возле каждого входа, исправно горели. Час спустя проверка была окончена, и он немного постоял во дворе, наблюдая за работой дворцовых слуг, которые подметали, протирали и чистили большой зал для привычных занятий делами на следующий день.

»Привычные дела, – мрачно подумал он. – Начальник стражи у короля, который не любит меня и дружит с Двадцатью Домами, ни один из обитателей которых тоже не любит меня».

На мгновение у него возникло желание позволить себе освободить ночь для того, чтобы навестить в городе одну из своих многочисленных подружек, однако он тут же запретил себе даже думать об этом, понимая, что именно в эту ночь, как ни в одну другую, у него была причина для усердного исполнения своих обязанностей, для того, чтобы оставаться на своем посту. Это была последняя ночь его службы Ашарне, его умершей королеве, которая когда-то вышла замуж за его любимого генерала.

К нему подошел Эйджер, у которого был усталый вид.

– Где ты пропадаешь? – спросил у него Камаль.

– Некоторые из наших гостей проникли на арену для учебных занятий. Там повсюду были разбросаны пустые фляжки и бутылки, а кое-кто, судя по всему, пользовался нашим снаряжением для упражнений.

Камаль ухмыльнулся.

– Никто ни на что не напоролся?

Эйджер помотал головой.

– Очень жаль, но никто. Сейчас арену уже привели в порядок, и я велел двум нашим новым стражникам как следует припрятать все снаряжение.

– Хорошо, проверь все вместе с ними и отправляйся поспать хотя бы немного. Завтра предстоит такой же тяжелый день, как сегодняшний. Берейма захочет поговорить с нами о своих планах относительно коронации. Я сейчас как раз направляюсь в покои: я должен увидеться с ним, прежде чем сам смогу отдохнуть.

– Как скажешь. – Эйджер ушел, а Камаль еще раз обошел двор и осмотрел ворота. Казалось, все было, как всегда. Его это даже возмутило. Он чувствовал, что должна была произойти какая-то перемена после смерти женщины, правившей здесь почти тридцать лет.

Однако теперь она стала духом, а духи не нуждаются во Дворцах. Он что-то проворчал себе под нос и через большой зал и направился по Длинному Коридору в покои Береймы. Однако прежде чем он успел добраться до них, он услышал, как кто-то бежал следом за ним. Тотчас же его окликнул Деджанус. Личный Страж выглядел очень встревоженным.

– Камаль, я кое-что нашел.

– Что?

– Будет лучше, если ты сам увидишь. Пошли со мной.

Не дожидаясь ответа, Деджанус быстро пошел обратно через большой зал, а затем прошел в дверь, которая вела к комнатам прислуги. Не задавая вопросов, Камаль следовал за ним. Что бы ни обнаружил Деджанус, он хотел увидеть находку своими глазами. Личный Страж шел широкими шагами и лишь один раз остановился, чтобы взять светильник, но в конце концов он замедлил ход, когда они дошли до коридора, который вел к погребам, сохранившимся еще от первого дворца, построенного много веков назад, темным и сырым от плесени.

– Это где-то здесь… Вот там! Видишь его? – Деджанус показывал на какое-то пятно на булыжниках.

– В этом мраке я не способен разглядеть собственных ног. Опусти светильник.

Деджанус исполнил эту просьбу.

– Это свежая кровь, а вот и нож…

– Все равно не могу разглядеть…

Камаль не успел закончить, что-то с немыслимой силой ударило его в затылок. Темнота словно взорвалась перед его глазами. Падая на булыжники, он услышал топот ног убегавшего прочь Деджануса. Эти звуки эхом отдавались в его сознании, словно биение его собственного сердца. Он пытался позвать на помощь, однако все его чувства угасали одно за другим, и вскоре он не чувствовал уже ничего.

Берейма пальцами с силой тер виски. С самого утра он страдал от ноющей головной боли, а жара и выпитое днем вино сделали ее совершенно непереносимой.

– Быть может, я позову к вам доктора Триона? – заботливо спросил Оркид.

Берейма покачал головой.

– Это пройдет само собой. Оставим этот разговор, чтобы я мог, наконец, немного отдохнуть. Завтра нам предстоит тяжелый день.

– Вы правы, Ваше Величество. Вы хотели видеть меня для беседы о принце Линане. Что-нибудь произошло?