— Мой упрямый ангел. — Он легко поцеловал ее в лоб. — Мы постараемся. — И Хэзард поклялся самому себе всегда защищать их.
— Когда мы вернемся обратно на шахту? — спросила Венеция.
— Ты как-то очень уверенно произносишь это «мы»…
— А почему нет? Янси мертв, нам больше ничто не угрожает, так что даже не думай, что вернешься туда один!
Она посмотрела на него таким свирепым взглядом, каким умела смотреть только Венеция Брэддок. Но, увидев, что муж не возражает, она улыбнулась.
— Уж не собираешься ли ты просидеть у меня в кармане всю оставшуюся жизнь? — усмехнулся Хэзард.
— До конца твоих дней, Джон Хэзард Блэк! И что ты об этом думаешь?
Хэзард обнял ее, и они оба ощутили безмерный покой. Любовь озаряла их — непонятная, неподвластная разуму, — но эта любовь была их победой над безумным, жестоким миром.
— Я думаю, — очень медленно сказал Джон Хэзард Блэк, — что я самый счастливый человек на свете.
