Конни мельком посмотрела на отца. Архон, так же, как Крааль, полностью отдался своим мыслям.

— О чем вы думаете?

— Пытаюсь представить, как сейчас выглядит «Гейдж».

— Вы чувствуете боль? Вас что-нибудь беспокоит?

— Жжение в руках.

— А глаза?

— Такое ощущение, будто бы в них насыпали песку.

— А если мы вернем вам зрение?

— Разве это возможно?

— У вас есть шанс, Сол. Мы начали работать с вашими глазами сразу после того, как вы вернулись. В нашем распоряжении современнейшая методика клонирования клеток. Разумеется, самый трудный участок — радужная оболочка. Однако мы уже испробовали методику на лошадях и вилорогих антилопах. Учитывая сходство строения глаз антилоп и людей, мы уже на пороге успеха. Вы будете вторым человеком, которому…

— А как дела у первого?

— Это не имеет значения. Не беспокойтесь, первый опыт дал нам очень многое. Мы долго подбирали материал для трансплантации и теперь внимательно следим за вашим состоянием. Не хотелось бы обнадеживать вас понапрасну, однако…

— Я уже привык к слепоте.

— Многие не могут смириться с ней до конца жизни.

Сол судорожно сглотнул:

— А мои руки?

— Восстановить их было совсем нетрудно.

— А я думал, что вы ампутировали мои руки и у меня теперь фантомные боли.

— Пожалуй, через пару дней вы сможете попробовать их в деле… Что с вами?

— Я… я опять буду жить… А как же мой корабль? Как же мои люди?

Огни Мориа раскинулись внизу бриллиантами на черном бархате. Над головой, словно маяк в ночи, висел огромный причальный спутник, похожий на горящий глаз. Конни стояла на вершине обзорной башни штаб-квартиры Фронтира, завороженная мощью Братства.

Она плотнее запахнула накидку и вернулась под защиту наблюдательного колпака, прячась от холода.

— Озябли?

Конни повернулась к Краалю, сидевшему в гравикресле.

— Не то слово, — ответила она. — Ветер буквально пронизывает насквозь. Какая там температура?

Крааль прищурил глаза, вглядываясь в экран виртуального шлема.

— Тридцать пять градусов ниже точки замерзания воды по шкале Цельсия.

Конни подошла к старику и села рядом, не отрывая взгляд от огней города.

— Очень неуютная планета, — заметила она.

— Я бы сказал — негостеприимная. Днем жара, ночью — мороз. Вот почему Советы сослали сюда наших пращуров. Разумеется, перед этим они построили несколько бараков, оставили немного провианта. Рассчитывали, что заключенные, страдая от холода, бросят все свои силы на строительство научных станций. Братья, прибывшие с Аляски, решили, что будет лучше бросить вызов планете, чем работать на Советы по двадцать четыре часа в сутки, и ушли в пустыню.

— По-видимому, большинство из них погибло.

Крааль кивнул.

— В тот первый, самый страшный год мы потеряли около трети своих людей. Многие замерзли. Другие умерли от легочной инфекции, которую переносят споры местных почвенных грибков, либо стали жертвой диких животных. Со временем мы приспособились, зарылись в землю, научились добывать пищу и производить горючее. Год спустя Советы доставили на планету очередную партию повстанцев, и наша община приютила у себя братьев, не пожелавших покориться.

Конни внимательно смотрела на старика.

— Каким же образом горстке бездомных отщепенцев удалось стать одной из влиятельнейших сил Конфедерации?

Крааль улыбнулся, в его глазах сверкнул огонек.

— Знания. Образование. Поверите ли, нам удалось вывезти с Земли все библиотеки — нет, разумеется, не в буквальном смысле этого слова. Электронный способ хранения информации обладает тем преимуществом, что ее легко скопировать. Когда-нибудь, если захотите, я расскажу вам легенду о похищении библиотеки Конгресса. Грандиозное собрание книг — и мы переписали их все за одну ночь.

Конни поджала под себя ногу и подперла коленом подбородок.

— Значит, это и есть секрет Братства? Украденные библиотеки?

Крааль рассеянно кивнул.

— В сущности, да. Мы знаем больше, чем другие люди. Все очень просто. Никакого волшебства, фокусов, мистических сил и сверхчеловеческих способностей. Братство всегда считало невежество самой страшной угрозой здоровью и благополучию человечества. Знание — это нечто большее, чем могущество; это — покой, безопасность. Разумеется, существуют правительства, которым ненавистна сама мысль о просвещении масс. Они полагают, что это нарушит сложившийся в их государствах баланс сил. Образованное общество не так-то просто водить за нос.

— Надеюсь, вы пришли сюда не для того, чтобы убеждать меня в пользе образования.

Крааль улыбнулся:

— Нет, не для этого.

— Вас тревожит поведение моего отца? — Холодные голубые глаза девушки пытливо всматривались в лицо Мастера.

Крааль выпятил губы и бросил взгляд на огни города.

— Архон сказал, что не обратился бы к нам, если бы не Карраско. Я обдумал его слова, анализируя их с самых разных точек зрения, но, по правде говоря, ничего не понял.

Несколько секунд Конни молча смотрела на него. Можно ли довериться Краалю? До сих пор он действовал честно и открыто. С другой стороны, он сам признал, что предпочитает тактику вложенных один в другой кругов.