– Вот и все, - сказал Док.
– Немного опухнет, но завтра будет в полном порядке. Но проверять прочность брюшного пресса не советую. Ни у кого из нас. Даже у него, - показал он на Муху.

– Особенно у него, - уточнил я.

– Почему?
– спросил Ковшов.

– Потому что он этого не любит. И не исключено, что он вас просто убьет. Или сделает инвалидом. Нечаянно, конечно, - добавил я.

Ковшов затравленно оглядел нас.

– Вы кто, мужики?

– Ну, как кто? Друзья.

– Вместе служили?
– догадался он.

– Верно.

– Где?

– В Чечне.

– Вон оно что. В каких частях?

– В спецназе.

– Ексель-моксель! Кем же вы там были?

– Кто кем. Рядовой Перегудов - капитаном медицинской службы. Рядовой Мухин - лейтенантом. А рядовые Злотников и Хохлов - старшими лейтенантами.

– А ты? То есть вы?

– Капитаном он был, - подсказал Муха.
– Командиром диверсионно-разведывательной группы.

– Ексель-моксель!
– повторил Ковшов.
– А почему же вы рядовые?

– Нас разжаловали.

– Иди ты! За что?

– Хватит трепаться, - прервал наше интервью Артист.
– Давайте лучше устроим пробежку. Хоть размяться после гражданки. Только не на пять километров, а на все тридцать. И с полной выкладкой. Как вы на это, товарищ младший лейтенант?

– А если кто сдохнет?
– недоверчиво спросил Ковшов.

– Вы?
– удивился Артист.

– Вы!

– Заодно и проверим.

– Уговорили, - кивнул Ковшов и оглядел нас не без некоторого злорадства.
– Только темп буду задавать я. А кто будет отставать, подгонять буду поджопниками. Годится?

А вот этого ему говорить не следовало.

Артист нехорошо ухмыльнулся.

– Годится, товарищ младший лейтенант!
– жизнерадостно заявил Муха.

– Смирно!
– скомандовал Ковшов, заметив приблизившегося к нам заместителя начальника лагеря.
– Товарищ подполковник, докладывает младший лейтенант Ковшов. Отделение резервистов занимается общефизической подготовкой.

Подполковнику было лет сорок. Крупный, затянутый в камуфляж, подобранный, как и все офицеры в этом учебно-тренировочном центре. Судя по жесткому лицу с давним, глубоко въевшимся в кожу загаром, небыструю свою карьеру он делал не в московских штабах.

– Вольно, - сказал он.
– Наметили программу?

– Так точно, - доложил Ковшов.
– Выходим на тридцатикилометровый кросс с полной выкладкой с зачетом времени.

– А не круто сразу-то?

– Они сами предложили.

– Ну, попробуйте.
– Подполковник оглядел нас критическим взглядом и неодобрительно покачал головой: - Вырядили вас! Хуже старья не нашлось? Переодеть. Во все новое. В то, в чем они пойдут на задание. Подогнать все как на парад. Скажи на складе: я приказал.

– Слушаюсь!
– вытянулся Ковшов.

– На какое задание?
– поинтересовался я.

– Узнаете. В свое время.

К проходной КПП, от которой начался наш марш-бросок, мы вернулись через три часа десять минут. В норму не уложились по не зависящим от нас причинам.

Возле КПП нас поджидал подполковник.

– Неплохо, - взглянув на часы, заметил он.
– Очень даже неплохо. Когда, по-твоему, они будут готовы?

– Хоть сегодня, - буркнул Ковшов, мокрый как мышь.

– Не горячишься?
– спросил подполковник.

– Да они перли, как лоси! Да еще, это...

– Ну-ну. Что это?

– "Что", "что"! Меня на себе волокли! Почти полпути!

– Не наговаривайте на себя, товарищ младший лейтенант, - мягко укорил его Муха.
– Всего каких-нибудь пять-шесть километров, было бы о чем говорить!

– Вот даже как. Значит, и верно, готовы. Очень хорошо. Но не сегодня, нет.
– Подполковник посмотрел на часы, немного подумал и заключил: Завтра. А пока получите что положено и можете отдыхать.

– Товарищ подполковник, а что нам положено?
– спросил Боцман.

И получил исчерпывающий ответ:

– Что положено, то и положено.

А положено нам было вот что:

Комплект тактического снаряжения "Выдра-ЗМ" - 5 штук.

Пистолет бесшумный самозарядный ПСС калибра 7,62 мм с четырьмя обоймами по шесть патронов в каждой - 5 штук.

Пистолет-пулемет АЕК-919К "Каштан" - 5 штук.

Патроны для "Каштана" - 4500 штук.

Бесшумная снайперская винтовка ВСС "Винторез" с оптическим прицелом ПСО-1 и ночным прицелом НСПУМ-3 - 1 штука.