— Гоблин, тролль, а может быть, лесной эльф.

Он захохотал над своими последними словами, и этот смех охватил всю компанию и снял напряженность.

— Но как же нам узнать правду? — сказал Дельмо.

— Мы узнаем ее, если найдем эту тварь, — предложил Родди. — Завтра утром мы, — он взмахом руки охватил всех фермеров, сидевших за столом у Бартоломью, мы пойдем туда и увидим то, что увидим.

Решив, что импровизированное собрание подошло к концу, Родди хлопнул ладонями по столу и поднялся на ноги. Уже у самой двери он оглянулся и озорно подмигнул остальным, расплываясь в почти беззубой улыбке:

— И вот что я вам скажу, ребята: не забудьте оружие!

Гоготанье Родди еще долго доносилось до собравшихся после того, как неотесанный горец ушел.

— Мы могли бы позвать следопыта, — неуверенно предложил один из фермеров, когда обескураженная компания начала расходиться. — Я слышал, что в Сандабаре есть следопыт — одна из сестер леди Аластриэль.

— Рановато для этого, — ответил мэр Дельмо, заставляя померкнуть радостные улыбки.

— Разве может быть рано, если речь идет о Дроу? — быстро вставил Бартоломью.

Мэр пожал плечами.

— Давайте пойдем с Макгристлом, — ответил он. — Если уж кто-нибудь и может в этих горах найти истину, так это Родди. — Он повернулся к Коннору. — Я верю в правдивость твоей истории, Коннор. В самом деле верю. Но нам надо знать наверняка, прежде чем обращаться за помощью к такой уважаемой персоне, как сестра госпожи Серебристой Луны.

Мэр и остальные фермеры ушли, а Бартоломью, его отец Марк и Коннор остались на кухне дома Тистлдаунов.

— Это был не гоблин и не лесной эльф, — сказал Коннор тихим голосом, в котором чувствовались гнев и смущение.

Бартоломью похлопал сына по спине, ничуть не сомневаясь в его правоте.

В высокогорной пещере Улгулу и Кемпфана тоже провели тревожную ночь, обеспокоенные появлением темного эльфа.

— Если он Дроу, значит, опытный воин, — сказал Кемпфана своему более крупному брату. — Достаточно опытный, чтобы помочь Улгулу достичь зрелости.

— И вернуться в Гехенну! — закончил Улгулу за угодливого братца. — Ты так мечтаешь о моем возвращении!

— Ты тоже ждешь не дождешься того дня, когда сможешь вернуться к дымящимся ущельям, — напомнил ему Кемпфана.

Улгулу зарычал и ничего не ответил. Появление темного эльфа вызвало у него множество соображений и страхов, недоступных примитивной логике Кемпфаны.

Велпы, как любые мыслящие создания, почти на всех уровнях существования, знали о Дроу и испытывали к этой расе большое уважение. И если один Дроу не являлся серьезной проблемой, то военный отряд, а может быть, даже армия темных эльфов могли стать настоящей катастрофой. Велпы не были неуязвимыми. Селение людей представляло собой легкую добычу для баргест-велпов, и при соблюдении осторожности Улгулу с Кемпфаной удавалось бы еще долго продолжать свои набеги.

Но если в этой местности появился отряд темных эльфов, легким убийствам настал конец.

— С Дроу надо разобраться, — заметил Кемпфана. — Если это разведчик, значит, он не должен вернуться к своим.

Улгулу с холодной яростью взглянул на брата и позвал квиклинга.

— Тефанис! — закричал он, и квиклинг оказался на плече хозяина раньше, чем отзвучал последний слог его имени.

— Ты-хочешь-чтобы-я-пошел-и-убил-этого-Дроу, мой-хозяин, — сказал квиклинг. — Я-понимаю-почему-ты-хочешь-чтобы-я-это-сделал!

— Нет! — тотчас же вскричал Улгулу, чувствуя, что квиклинг собирается вот-вот исчезнуть.

Когда Улгулу закончил произносить это короткое слово, Тефанис был уже на полпути к выходу, но он вернулся на плечо хозяина прежде, чем последние отголоски эха замерли под сводами пещеры.

— Нет, — более спокойно повторил Улгулу. — В появлении Дроу есть определенная польза.

Кемпфана увидел злую ухмылку Улгулу и понял, чего хочет брат.

— Новый враг для жителей городка? — подумал вслух младший велп. — Новый враг, которому припишут убийства Улгулу?

— Из всякого события можно извлечь выгоду, — с гадкой усмешкой ответил старший багровокожий великан, — даже из появления темного эльфа.

Он снова повернулся к Тефанису.

— Ты-хочешь-побольше-узнать-о-Дроу, мой-хозяин, — возбужденно извергнул из себя Тефанис.

— Один ли он? Спросил Улгулу. — Может быть, это разведчик, за которым идет многочисленный отряд, как мы и боялись? Или это воин-одиночка? Каковы его намерения по отношению к жителям городка?

— Он-мог-бы-убить-детей, — повторил Тефанис. Я-думаю-что-он-желал-дружбы.