— Найди ренегатов! — приказал Хонсю, указывая на пролом в стене. — Найди их и приведи ко мне.

Дьявольское существо кивнуло и направилось вверх по склону.

Жалкий вид некогда надёжного крепостного вала вызывал мрачные мысли, а шум битвы доносился и сюда. Уриэль перелез через очередной завал. Вдруг слева появилась оранжевая вспышка, капитан упал на землю и перекатился, но тревога оказалось ложной.

Крепостной вал повторял очертания горы, выгибаясь вместе с ней, что только усложняло линию обороны. Полчища людей и мутантов стреляли из бойниц по массе атакующих, которая накатывала на стены волнами. Тысячи воинов сражались около пролома. Выглядело это так, будто огромная обезглавленная змея билась в конвульсиях, но все равно прокладывала себе дорогу метр за метром по пологому склону.

Пазаниус и Ваанес пробрались к капитану, за ними подтянулись Эллард, Леонид и оставшаяся в живых горстка Космодесантников. Уриэлю было даже страшно поверить в это — они в крепости! Они прорвались!

— Клянусь Троном Терры, — сказал Пазаниус с одышкой. — Это была кровавая работёнка.

— Она ещё не закончена, — предупредил капитан, поворачиваясь и осматриваясь.

Дальше в крепость вели несколько огромных арок, каждая из которых по высоте была сравнима с Титаном. Эти грандиозные сооружения обрамляла искусная резьба по камню. Одно только беспокоило воинов: арки несколько раз изменили вид, пока они на них смотрели.

— Куда теперь? — спросил Ваанес, когда последние Космодесантники поднялись на крепостной вал.

— Понятия не имею, — признался Уриэль. — Я не вижу между ними разницы.

— Нам нечего терять, куда бы мы ни шли, — заметил Ваанес, направляясь к порталу посередине.

— Допускаю и такой вариант, — согласился Уриэль, хотя что-то внутри его кричало, что разница есть, и существенная.

Но он пока не мог определить, в чём состоит различие между арками, поэтому пошёл за Ваанесом. Космодесантники последовали за ними, взяв болтеры наизготовку.

Ваанес ожидал отряд на выходе из арочного проёма. Уриэль, проходя через портал, осенил себя знаком аквилы и в тот же миг услышал далёкий ритмичный стук, как будто где-то билось огромное сердце чудовища.

— Мы словно в брюхе спящего зверя, — сказал Пазаниус.

Мерцающий свет от наконечника его огнемёта освещал лица воинов таким образом, что они казались высеченными из камня. А стены вокруг рябили от сложных узоров, которые словно кружились в замысловатом танце.

— Похоже на то, — ответил Уриэль.

Он надеялся, что его душа под знаком аквилы сможет противостоять тому ужасу и злу, что, несомненно, ожидают его в самом сердце вражеского логова.

В этот время Оникс появился подобно привидению над кромкой разрушенного бастиона. Его бронзовые когти изготовились к бою, выдвинувшись из серой плоти. Серебряные глаза сканировали поле боя в поисках малейших признаков, указывающих на присутствие ренегатов, но пока ничего не находили. Оникс попробовал на вкус воздух. Его вены стали наливаться серебряным светом, как только он учуял след незваных гостей.

Острое зрение полудемона выделило из обилия следов смертных именно ту тропинку, по которой Космодесантники пробрались в крепость. Он увидел расплывчатые силуэты, перебиравшиеся через крепостной вал именно той дорогой, по которой он только что поднялся сам. Он увидел чужаков, ведомых человеком, чья душа горела ярко, поскольку имела цель.

Несмотря на то, что это видение соткалось из кружащихся облачков дыма, а силуэты были расплывчатыми и эфемерными, он отчётливо видел каждого чужака, как если бы тот стоял прямо перед ним. Они прошли здесь несколько минут назад, пробрались через поле боя и направились к огромным аркам, выбитым в горном склоне.

Оникс смотрел, как неясные фигуры поглотил липкий сумрак арочных порталов. Он втянул когти. Теперь ему надо войти в крепость другой дорогой, чтобы продолжить охоту на незваных гостей. Хотя, если Халан-Гол заманил их в чертоги безумия, они наверняка мертвы.

Уриэль знал, что никогда не сможет забыть путешествие через этот сводчатый проход. До него доносился лёгкий шёпот голосов на пределе слышимости, он не мог избавиться от навязчивого ощущения, что за ним следит каждый квадратный сантиметр стены. Слова, если это можно было воспринимать как речь, были неразборчивы, но на каком-то подсознательном уровне Уриэль понимал их смысл, и в этом не было ничего хорошего.

…бесчестие, позор, провал…

Ультрамарин с трудом терпел это. Конечно, ему приходилось видеть куда более страшные вещи во время путешествия в мавзолей Несущего Ночь, но всё же…

Казалось, они никогда не выйдут из темноты. Уриэль вскоре потерял счёт времени и не мог сказать, сколько они идут по этому проклятому туннелю.

…это никогда не закончится, тьма будет вечной…

— Император, это когда-нибудь закончится? — без конца спрашивал Ваанес, шагая по нескончаемому коридору.