Тепло от его руки било сквозь кожу, сквозь грудину, растворяясь в крови. Ей было жарко, как под летним полуденным солнцем. Но там дальше, совсем чуть-чуть пониже начинался страх, и тело будто сковано ледяными цепями. И предательская мысль билась в голове - лучше оставить все, как есть. Лучше ничего не менять. До Визара. А там ведь неизвестно, как все выйдет - может, никогда и не придется уже ничего менять… В долговечность счастья, в жизнь рядом с Арнисом все равно не верилось.

— Я боюсь, - прошептала она беспомощно.

— Не бойся, Иль… Вставай. Вставай-вставай, - он снова обнял ее, - не бойся, я сделаю все.

… В этом совсем нет ничего страшного. И пошлого ничего нет, и грязного. Ведь когда первые люди жили в Раю, до грехопадения - они были наги, и совсем не замечали этого. А мы сейчас чисты, как они.

Разве, Иль, я не видел тебя обнаженной? Я знаю твое тело лучше, чем собственное, лучше, чем ты его знаешь. Так уж у нас получилось. Я все помню, каждый твой шрамик помню, каждую рану. А эти точки - они не болят теперь? Совсем нет? Иногда понятно, но вот сейчас ведь совсем не больно? Я все-таки буду осторожен. Да и ты ведь меня видела всяким, верно? Разве мы от этого становимся хуже, оттого, что нет одежды?

Я знаю, Иль, почему ты боишься, я все понимаю. Понимаю, почему так сжалось твое тело, почему плечики поникли, съежились, будто пытаясь защитить грудь. Но не бойся, Иль, ведь я совсем другой, ведь я люблю тебя, моя драгоценная, моя радость, разве я могу причинить тебе боль? Солнышко мое, ну давай, я возьму тебя на руки. Просто вот так возьму, а помнишь, как я тащил тебя на Визаре? Да нет, нисколько не тяжело. И тогда было не тяжело, и сейчас. Только страшно было, я так боялся, что не донесу, что ты умрешь. Тебе хорошо вот так, тепло? Правда?

У тебя такие трогательные ключицы. Тоненькие, маленькие. Точно куриные лапки. Можно, я их поцелую? Вот так. И не бойся ничего.

Я очень осторожно. Очень тихо. Я знаю, что ты умеешь терпеть, ты даже не боли боишься, а того, что между нами случится непоправимое. Но не бойся ничего.

Свет очей моих… золотинка… любимая.

Какие руки у тебя тонкие, тонкие, но крепкие. Ну еще бы, "Молнию" на себе таскать.

Твои глаза - они изменились, знаешь? Это правда, что ты больше не боишься? Ты любишь? Правда? Меня? Нет, я знаю вообще-то, но так удивительно… Брось ты, какой я самый прекрасный, ерунда.

Все получится. Все будет хорошо. Тебе не тяжело, правда? Да, я чувствую, я знаю теперь. Да, милая, да!

Через неделю вылетели на Визар.

Дэцин всю дорогу знакомил своих бойцов с предстоящим, на Визаре сильно изменилась обстановка за это время.

После потери с таким трудом и тщанием созданных боевых мощностей сагоны перестали быть осторожными, да и с чего бы - маскироваться уже бесполезно, Дозорная Служба взялась за них всерьез. Аборигенами Визара управлять очень легко, это не грамотные ярнийцы, которых нужно в чем-то убеждать для того, чтобы заставить их служить себе. Визарийцы всегда готовы служить духам, вековые традиции человеческих жертвоприношений приучили их к тому, что духи могут потребовать чего угодно, а отказывать им нельзя.

Поэтому сагоны, под именем Нинья Теннар, уже развернули открытые фабрики и космодромы, рудники (они использовали кое-какие ископаемые), непонятные свои биотехнологические объекты. Уже сейчас были готовы новые партии дэггеров, часть местных жителей, ставших сингами (добровольными служителями сагонов) и эммендарами, обучили обращению с оружием и сагонскими космолетами. Сагоны формировали армию для защиты своей новой планетарной базы. Фактически Визар уже полностью принадлежал им.

Поэтому и ДС теперь вела открытую войну. В этой акции участвовало множество отрядов - как всегда, изолированно друг от друга, участвовала и Милитария, особенно Воздушно-Космическое крыло. Война будет в основном идти в воздухе и на орбите, предупреждал Дэцин. Никто не знает, как все повернется, куда направят именно наш отряд. Может быть, мы в этот раз поработаем только в воздухе. Может быть, придется и десантироваться. Узнаем все только тогда, когда прибудем на место.

Иост радостно потирал руки в предвкушении полетов. Он был пилотом по призванию, по страсти. Да и Мира с Гэссом выглядели оживленными. Только Ильгет мало радовало предстоящее, она вовсе не была уверена в себе - удастся ли ей справиться с дэггером в воздухе? У нее теперь есть класс 4в, но вот опыта - никакого.

Дэцин передал распоряжение командования - использовать скультер как базу (два десятка ландеров стояли на Палубе), и с орбиты вылетать на боевые задания. Едва их скультер "Кристалл" занял назначенную орбиту, Дэцин собрал всех в "штабе" - собственной каюте. В воздухе вспыхнула голографическая модель Визара. На южной оконечности Ворракса двигались мелкие черные точки, и то и дело вспыхивали взрывы. Дэцин ткнул указкой в небольшой полуостров.

— Сейчас здесь идут бои, наши взорвали фабрику и пытаются прорваться к космодрому, вы видите, вот здесь… Кстати, это все информация под блок. Дэггеров по прикидкам от двухсот пятидесяти до трехсот, считая, что часть уже истребили. Нас бросили на прорыв. Наша задача, - участок модели укрупнился, обнаружив подробную рельефную карту местности, - нанести удар ландерами по космодрому в квадрате 160. Первоочередные цели - сектора взлета и посадки, ну и ПВО. В штурмовой группе будут Иост, Мира, Гэсс и Арнис. Остальные прикрывают, левый-верхний фланг - я, Данг и Лири, правый-нижний - Ойли, Ильгет, Арли…