— А ты мне что простила?

Ильгет долго непонимающе смотрела на него.

Он просто уверен, что ему совершенно нечего прощать. То есть… то есть он, получается, был просто идеальным? А как же с тем непреложным фактом, что все-таки он донес на Ильгет? А его любовницы? Но… - Ильгет оборвала себя, - получается, что ты действительно его осуждаешь, вспоминаешь какие-то его грехи. Наверное, это и правда не любовь?

— Ну понимаешь… - сказала она, - мы ведь оба вели себя не идеально, согласись.

— Да нет, ты уверена, что ты-то вела себя идеально..

— Нет, почему… я этого не говорю… конечно, нет.

Тяжелая тоска повисла в воздухе. Тоска охватила Ильгет. Не хотелось продолжать этот разговор… но и уходить… Разговоры с Питой - они вообще интересны. С ним очень интересно было разговаривать. Всегда. Не так, как с Арнисом. С тем скажешь два слова - и хорошее настроение на весь день. Разговоры с Питой - будто наркотик: невозможно оторваться… Правда, они давно уже перешли в выяснения отношений, вот как сейчас. Больше с ним ни о чем говорить нельзя. Тяжело, больно, и все равно невозможно оторваться… Это что - любовь? Кто знает…

— Слушай, - сказала она с трудом, - но если так… если ты думаешь, что у нас ничего не получится, если все так плохо - ну давай тогда… я же тебя не держу.

— То есть ты меня гонишь?
– поинтересовался Пита, так, будто хотел поймать ее на слове.

— Я… нет, почему. Нет. Ты сам решай… хочешь - оставайся, хочешь - уходи… тебя все равно выпустят. И если хочешь, я помогу тебе на Квирин перебраться. Или здесь оставайся… ты не думай, это не повлияет. Я хочу только, чтобы ты сам решил - хочешь ты быть со мной, или нет.

— А ты-то сама как? Хочешь?

— Я? Да, - кивнула Ильгет, - я все еще люблю тебя. Да, я хочу, чтобы ты остался. Но с другой стороны, это неважно. Если ты уходишь, то уходи…

— Я не знаю, Ильке, - сказал Пита, - честное слово, не знаю.

Она спустилась к себе, в подвал. Умылась, легла на диван прямо в бикре, подложив под голову мягкую накладку - первый слой брони. Вспомнила, что забыла помолиться - ну да ладно, подумаешь…

Темнота давила, ползла из углов, колола сотнями мелких иголок. Хотелось плакать. Господи, почему, почему все так плохо?

Почему все так непонятно?

Вот что она сделает сейчас… не вставая с дивана, Ильгет вызвала Арниса.

Не повезло - Арнис отключился. Перекрыл канал. Возможно, сейчас на задании или дежурит где-нибудь, отключил посторонние каналы. По службе они с Ильгет сейчас никак контактировать не должны.

Да и хорошо, подумала Ильгет. Это было глупо. Рефлекторное движение - вызвать Арниса, потому что он хороший, потому что когда с ним поговоришь - на душе всегда становится легче. Всегда. Через него будто Бог с тобой разговаривает. Но у нее уже какая-то зависимость от Арниса появляется, так нельзя.

Ведь не будешь же жаловаться ему на отношения с мужем! Это было бы уж совсем…

Может, лучше, если Пита уйдет? Она и сама может уйти. Сказать ему… поговорить по-человечески. Понимаешь, я думаю, что раз у нас все так плохо, то наверное, лучше разойтись… Что здесь особенного?

Но ему плохо. И лучше ли будет, если Ильгет его бросит? Ведь наверняка нет… Надо попытаться сделать хоть что-то. Семья. Это важно. Надо попытаться спасти, восстановить что-то. Он сейчас неадекватен, это ясно. Он взвинчен… он был под влиянием сингов, под влиянием сагона.

А лучше ли будет ей? Ведь придется одной… всегда одной. Тоскливо и холодно… У них венчанный брак. И даже если… даже если каким-то чудом это можно решить - все равно, кому она, Ильгет, нужна? Нужна ли она, вот например, Арнису? Ведь не факт. Иволга там что-то говорила… ну что ж, может, он испытывал к ней какие-то чувства, почему бы и нет? Но теперь, конечно же, все это прошло. Они просто друзья. Можно ли вообще любить ее - что она из себя представляет? Не красавица, не настоящая женщина вообще… недоразумение какое-то ходячее. Любят не таких. Любят красивых, уверенных в себе, следящих за собой.. тех, кто сам себя любит.

Если бы Арнис в самом деле относился к ней, как к женщине, он давно бы как-то выдал себя. Ну хоть как-то. Но они просто друзья, в том-то и дело.

Ей всегда придется возвращаться в пустую холодную квартиру, ложиться спать - в одиночестве.

Но тем не менее, если Пита не захочет с ней жить…

Но у него сложно что-то понять. Он то ли хочет, то ли нет. Если хочет - то зачем это ерничество, ехидство, злоба? Почему бы не отнестись к ней хотя бы доброжелательно? Наверное, он обижается на нее…