Корабль ударило о землю и разорвало пламенем. Люди Бэньона бросились в укрытия, чтобы не превращаться на фоне горящего корабля в мишени для охранников.

Странник вжался в землю, укрытый высокой травой. Если бы он мог закопаться, он бы сделал это. Он слышал, как Бэньон приказал своим людям идти вперед, но у него не было ни малейшего желания идти вместе с ними. Он собирался оставаться в своем укрытии до тех пор, пока схватка не затихнет. Бэньон был слишком занят, чтобы даже думать о Страннике. Первое наступление превратилось в перестрелку. Защитники, несмотря на то, что почти все прожекторы вышли из строя, оставались на месте. Они потеряли убитыми больше, чем отряд Бэньона, но, сражаясь на своей территории, могли себе это позволить.

Бэньон оглядел линию своих штурмовиков. Насколько он мог видеть, почти половина его людей была убита. Он подполз к Рамиресу, который перезаряжал карабин. Бэньон схватил его за руку.

– Найди трех человек, которые способны двигаться, и притащи их сюда.

Рамирес коротко кивнул и уполз выполнять поручение. Бэньон терял терпение. Защитники подтянулись в одно место и, похоже, собирались что-то предпринять. Спустя пять минут посыльный вернулся, а за ним следом, ползком – три штурмовика. Рамирес улыбнулся Бэньону, и его зубы сверкнули в темноте.

– Я нашел людей, капитан. Что теперь?

– Большинство наших убито или ранено. Они собирают всю силу в одном место. Я подсчитал, что если мы обойдем зиккурат с другой стороны, то сможем проникнуть внутрь с меньшими трудностями.

Один из мужчин чуть придвинулся ближе.

– А что случится, если прижмут оставшихся ребят?

– Им придется смириться. Они знали, что не на пикник собрались.

Мужчина мрачно кивнул. Бэньон оглядел остальных.

– Еще вопросы?

Все потрясли головой. Командир поднял карабин.

– О'кей, тогда пойдем.

И пятеро мужчин по-пластунски двинулись «осваивать» периметр освещенной зоны. Они забирали по кругу до тех пор, пока не оказались с другой стороны зиккурата. Бэньон дал знак остановиться. Штурмовики подползли ближе.

– Будем пытаться пройти здесь, капитан?

Бэньон рассматривал зиккурат.

– Подождем немного. Что-то странное. Для такого места здесь слишком мало охраны.

– А ты хочешь больше?

– Просто странно, что такое место патрулирует несколько человек.

Откуда было Бэньону знать, что большинство тех, кто мог бы надежно охранять зиккурат, зачищено самой хозяйкой этого странного здания и правительницей Квахала. Капитан ждал и наблюдал. Насколько он мог судить, по всей длине зиккурата прохаживалось меньше дюжины солдат. Только он собрался отдать приказ двигаться вперед, как стрельба с атакуемой стороны зиккурата усилилась вдвое. Люди кричали, в воздухе свистели пули, и огненные валы разрывали ночь. Рамирес с тревогой посмотрел на Бэньона.

. – Похоже, что это кричат наши парни.

– Возможно. Но у всех нас – работа.

Рамирес промолчал. Бэньон обвел взглядом лица остальных в своем крохотном отряде. Указал на группу прожекторов, освещающих основание черного здания.

– Подберемся к самому краю освещенной полосы.

Они осторожно проползли немного вперед и остановились. Бэньон встал на ноги.

– Мы сделаем здесь третий вход. Ни перед чем не останавливаться. Если кто-то получит пулю, то пусть рассчитывает только на себя.

Он зарядил в карабин новую обойму.

– О'кей, пошли!

Они бросились к стенам зиккурата, стреляя на бегу от бедра. На входе показались двое охранников. Град пуль настиг их прежде, чем они успели поднять свои огнеметы. Один из людей Бэньона упал. Не останавливаясь, оставшиеся четверо преодолели освещенную зону, не прекращая стрельбы. С верхнего уровня никто больше не стрелял.

Бэньон добежал до стены зиккурата и прижался к ней. Он вытащил из куртки осколочную бомбу. Вырвал чеку, бросил бомбу в дверной проход и отскочил назад.

Вход разнесло на обломки. Бэньон подождал, пока рассеется пыль, и бросился внутрь. Трое штурмовиков кинулись вслед за ним. Они оказались в длинном темном коридоре. Отряд побежал вперед.

Они подбежали к месту, где два коридора пересекались. В конце нового коридора мерцал слабый свет. Бэньон и его люди свернули туда. Когда они подошли поближе, то увидели, что мерцание исходит оттуда, где одинокий охранник замер перед чем-то, напоминающим дверь в шахту лифта.

Увидев приближающихся чужих людей, он выхватил из кобуры игольный пистолет и успел выстрелить, прежде чем его сразил огонь карабинов. Бэньон почувствовал боль в ноге, но предпочел не смотреть, что именно случилось.