— Один из ящиков ничей! — закончил за меня шеф, поднимаясь с табуретки — пошли!

На площадке между первым и вторым этажом подъезда на стене висели четыре секции сер-стального цвета ящиков, по две секции слева и справа. На каждом из ящиков белой краской был написан номер квартиры. На всех кроме одного.

Заглянув в ящик через узкую щель, я увидел, что он переполнен. Ключа не было, но силой я обделен не был — я просто со всей силы дернул за край дверцы, с металлическим треском она поддалась. Из ящика на пол посыпалась скомканная бумага. И только мы присели на корточки, дабы разобрать эту макулатуру, как на втором этаже щелкнул замок одной из дверей и старческий сиплый голос надсадно проорал:

— Попались! Хулиганы! Сволочи!

Сверху, размахивая палкой (надо сказать весьма толстой и тяжелой) и опираясь рукой на лестничные перила, спускался старик на вид лет семьдесят. Несмотря на то что, судя по его очкам зрение у него было «-5» минимум, а выглядел он как Кощей Бессмертный, ему явно хотелось разобраться с «взломщиками» почтовых ящиков.

— Паразиты! И не стыдно?! Взрослые люди! И все туда же — почту воровать!

Шеф достал красную корочку служебного удостоверения, представился. Пока он показывал удостоверение следователя, старик пытался разглядеть, что в нем написано через толстые стекла очков, а потом снова разразился бранью.

— Безобразие! Думаешь если в милиции работаешь так можно почту воровать!

Судя по всему, он так ничего и не понял…

— Закройте дверь с той стороны, вы мешаете проведению следственного действия по делу государственной важности! — громовым голосом гаркнул на него шеф, я же стоял по стойке смирно, стараясь не расхохотаться — уж очень комично выглядел этот старик.

С обиженным видом старик, шаркая ногами, поднялся на площадку второго этажа, зашел к себе в квартиру, и перед тем как зайти в дверь громко крикнул:

— Щас милицию вызову!

Гулко хлопнула дверь. Мы с Александром Владимировичем посмотрели друг на друга и от души расхохотались…

Управление КГБ СССР

По г. Москве и Московской областиотдел…

отделение…

Копий не снимать,

аннотаций не составлять

Секретно

Агентурное сообщение N 3529

Источник: Соловейпринял: Рыбаков

Источник «Соловей», ранее ориентированный в рамках операции "Осиновая роща" на разработку фигуранта «Голубь» сообщает, что 04 февраля 1971 года примерно в 9.30 к дому N… по ул…, где проживает источник, подъехал автомобиль Газ 24, гос. номер источник не заметил. В дверной глазок источник увидел, что двое мужчин, один на вид лет сорока-сорока пяти, второй лет двадцати пяти, в зимней одежде темного цвета поднялись по лестнице на третий этаж и зашли, по предположению источника в квартиру, где проживал «Голубь». Примерно в 14.30. мужчины бегом спустились на второй этаж, где взломали один из почтовых ящиков. В ответ на замечание источника, один из мужчин, который старше, предъявил служебное удостоверение сотрудника генеральной прокуратуры Союза ССР, на имя старшего следователя по особо важным делам КАЛИНИНА Александра Владимировича и в резкой форме попросил подняться в квартиру и не мешать проведению следственных действий. Молодой человек не представился и ничего не говорил. Примерно через пятнадцать минут молодой бегом поднялся на третий этаж, хлопнула дверь, после чего оба мужчины вышли из здания и уехали на а/м Газ-24, ожидавшем их все это время, было видно, что они торопились. Все бумаги, что были извлечены из почтового ящика, они увезли с собой. Вскрытый почтовый ящик никому не принадлежит.

ВЕРНО:

Оперуполномоченный ОКГБ

… района г. Москвы

Старший лейтенант РЫБАКОВ

Зам. начальника по оперативной работе

Майор ДЕНИСОВ

СПРАВКА: Фигурант «Голубь» убит 28 января 1971 г., следствие по данному факту проводит Генеральная прокуратура Союза ССР. Операция "Осиновая роща" относится к категории "особой важности".

Куратор — полковник Кондратьев И.В.

Резолюция: К материалам разработки.

Чего только не было в этом почтовом ящике… Окурки сигарет, обрывки газет, какие-то грязные комки бумаги. Присев на корточки, мы с шефом стали все это тщательно разбирать.

Не знаю, почему меня привлек этот смятый комок бумаги, может он на вид был относительно чистым и не слишком помятым. Развернув его, я скользнул по нему взглядом и уже хотел кинуть обратно, как вдруг что-то будто толкнуло меня. Я вгляделся в бумагу поподробнее и по спине пробежал холодок — это была почтовая квитанция. Кто-то посылал бандероль с ближайшего узла связи некоей Терентьевой Ирине Вячеславовне, в г. Ростов — на — Дону. Но самое главное — время отправления бандероли. Вечер 28 января 1971 года…

Мы даже не вошли, а самым натуральным образом вломились в почтовое отделение, находившееся метрах в пятистах от дома Комарова. Отделение было маленьким, расположенным в старинном доме и почти пустым. Из-за стеклянной перегородки из толстого мутного стекла на нас воззрилась пожилая тетенька-почтальон.

— Начальство где?

Тетенька, смотря на нас вытаращенными глазами показала рукой куда-то назад, шеф недолго думал открыл служебную дверь и пошел вперед.