— Джей, вы уверены, что волосы у него были светлые?

— Да.

Вы запомнили его лицо?

Джей ответила без паузы:

— Очень хорошо.

— Сможете составить его фоторобот?

— Конечно.

Марио Протти откинулся на спинку стула и выдохнул. Завтра утром комиссар грохнется в обморок, получив полные данные на душителя. И портрет в придачу!

— Какая машина у вашего мужа, Джей

— Серебристый «опель-астра».

— Она сейчас в гараже?

— Нет, в гараже моя машина. Тревор обычно оставлял свой автомобиль возле дома.

— Но сейчас его там нет?

— Нет.

— Где же он может быть?

— Не знаю.— Джей пожала плечами.— Может быть, он отогнал ее на станцию техобслуживания?

В этот момент в дверях кухни появился эксперт и показал инспектору, что он закончил — все, что можно было обнаружить в доме, он обнаружил. Марио кивнул эксперту и, сделав еще несколько пометок в блокноте, сказал:

— Джей, завтра утром с вами будет разговаривать комиссар. Я попрошу вас вспомнить те подробности, которые вы, быть может, забыли сейчас. Это может помочь нам поймать убийцу вашего мужа. Вы понимаете?

— Да.

— Мы сейчас уезжаем. Хотите, чтобы я оставил с вами полицейского?

— Вы не заберете меня с собой?

— Что?

— Вы не заберете меня с собой? — повторила Джей. Марио Протти показалось, что в глазах женщины вспыхнул испуг,

— Я оставлю с вами полицейского,— сказал он.— Вам нечего бояться, Джей. Он вооружен.

— Но это… — Джей Адамс оборвала фразу не договорив.— Я не могу здесь остаться. Марио нахмурился:

— Может быть, вы переночуете у соседей? Или друзей?

На мгновение Джей подумала о Пинсонах, но уже в следующую секунду покачала головой. Интуитивно она понимала, что нигде не будет чувствовать себя сегодня спокойно. За исключением одного места: полицейского управления, в котором даже ночью не меньше десятка вооруженных людей.

— Возьмите меня с собой,— попросила она.

— Послушайте,— сказал Марио,— в комиссариате нет места для вас. Я имею в виду, что у нас есть только камеры для задержанных. Вам там негде будет лечь и отдохнуть.

— Я лягу в камере.— В голосе Джей Адамс звучала почти откровенная, мольба.

Секунду Марио Протти колебался: каково это будет, если он привезет в комиссариат эту женщину и скажет, что она хочет переночевать в камере?.. Но, в конце концов, она важный свидетель, подумал он, и если он скажет, что она боится за свою жизнь, то ничего особенного здесь не будет.

— Ладно, я отвезу вас в управление. Только вам придется прихватить с собой одеяло.

— Что? — Джей не сразу поняла, что имеет в виду Протти.

— У нас в камерах есть лежаки, но нет одеял,— пояснил Марио.— Вам там будет неудобно,

Джей кивнула.

Потом они поднялись из-за стола и вышли в коридор. Инспектор остановился в дверях гостиной. Джей прошла в комнату и достала из шкафа, стоящего напротив телевизора, небольшую подушку и клетчатое пуховое одеяло. Затем она повернулась, чтобы выйти из комнаты, но в этот момент ее взгляд остановился на кресле, в котором так любил сидеть Тревор, возвращаясь с работы. Внезапно Джей ощутила слабость в ногах и опустилась на диван. В глазах у нее все смазалось, но она не сразу поняла, что произошло это из-за нахлынувших слез. Глядя на любимое кресло мужа и сжав подушку до боли в пальцах, Джей Адамс всхлипнула, а потом дала, наконец, волю давно сдерживаемым слезам…

Остfвив гула, Аз Гохар вышел из комнаты. Через пару секунд он вернулся назад, неся в руке проржавевшее железное ведро. Поставив его рядом с ящиком, Аз Гохар достал скотч и перемотал им несколько раз ноги гула. Затем вытащил нож и резким ударом отсек существу голову.

Обезглавленное тело забилось в конвульсиях. Мышцы на лице гула начали кривиться в бессильной ярости. Аз Гохар швырнул голову в ведро и достал фляжку.

Он знал, что, даже обезглавленное, тело гула способно жить, и если он оставит его здесь, оно вернется на кладбище и выйдет оттуда, способное убивать снова. Его нужно уничтожить совсем.

Стащив тело с ящика, Аз Гохар бросил его на пол и обрызгал из фляжки. Связанные ноги существа засучили по полу, словно знали, что произойдет через секунду, и пытались убежать от него. Аз Гохар чиркнул спичкой. Огненный светлячок пролетел над полом, и тело гула вспыхнуло факелом. Аз Гохар брызнул из фляжки в ведро и поджег голову гула. Потом он отошел к окну и стал смотреть на огонь,

Глядя на полыхающие останки существа, он думал о том, что сказал ему минуту назад Вассах Гул. Самые худшие его опасения подтверждались: завтра утром начнет сбываться основная часть Пророчества. То, чего его предки боялись на протяжении трех тысячелетий, может случиться в субботний день в этом маленьком итальянском городке. Но что это будет? Вассах сказал, что к завтрашнему вечеру в Террено не останется живых людей, Каким образом он собирается убить восемьдесят тысяч человек?.. Если слова гула — правда, то все начнется завтра утром в заброшенном монастыре, Но это будет только начало. А вот что произойдет дальше? Этого он не знал. Можно ли, предупредив действия гулов в монастыре, спасти город? Этого Аз Гохар не знал тоже. Но теперь у него появилась цель: завтра утром он поедет в монастырь и попытается помешать гулам — что бы они не задумали. Другого выхода у него нет… Была и еще одна вещь, не дававшая ему покоя,— слова Вассаха о том, что один из его знакомых устроит ему сюрприз. Что он имел в виду? В Террено Аз Гохар знал только двоих человек, и оба они были священниками: отец Федерико и отец Винченцо. «Неужели Вассах уже добрался до них?» — промелькнуло в сознании Аз Гохара. Он почувствовал, как тошнотворный комок подступил к горлу, и внезапно вспомнил звезду смерти, виденную им на ладони отца Винченцо сегодня днем. Впрочем, что бы ни случилось, он уже ничем не может помочь священникам. В этой схватке жизни отдельных людей не имеют значения. Значение имеет жизнь большинства, и для того, чтобы спасти восемьдесят тысяч человек, иногда приходится жертвовать жизнями отдельных людей.