Наконец второй ремень выскользнул из замка, и Франческо потянул за брезент. Освобожденный от ремней, тент легко скользнул вверх, открывая отверстие величиной с метр. Продолжая удерживать тент правой рукой, Франческо наклонился к дыре и заглянул внутрь кузова. То, что он увидел в отверстии, потрясло его, заставив ощутить слабость в ногах, отчего он едва не упал. Отпрянув назад, он вздохнул, отказываясь верить увиденному, затем подтянулся и еще раз — теперь осторожно — заглянул в отверстие. Однако и на этот раз он увидел ту же картину: сложенные в штабеля, в кузове грузовика лежали покойники! Секунду Франческо смотрел на них, не в силах оторвать взгляд, а затем медленно отпустил тент и спрыгнул на землю.

Оказавшись на мостовой, он сделал пару шагов и остановился на тротуаре. Он все еще чувствовал потрясение от увиденного — кошмарная картина стояла перед глазами, словно он продолжал смотреть в отверстие: тела в кузове лежали аккуратными штабелями, параллельно бортам, даже после того как его отшвырнуло взрывом, они оставались в относительном порядке. Упершись руками в колени, Франческо сделал вдох и внезапно вспомнил картину, почти один к одному схожую с той, что увидел сейчас,— это было невероятно давно, еще в Милане, где ему доводилось встречать крупные партии наркотиков, поставляемые в Ломбардию с юга Италии. Поставщики всегда укладывали товар в машину аккуратными штабелями — во-первых, это позволяло вместить в грузовик максимальное количество груза, во-вторых, такой способ погрузки гарантировал наилучшую их сохранность — при перевозке мешки не тряслись и не перекатывались в кузове. Сейчас он подумал, что мертвецы, лежащие в кузове, похожи на такие мешки — грузовик был забит трупами под завязку. И еще одну деталь отметил Франческо: через дыру он разглядел около дюжины мертвецов — женщин и мужчин,— и все они были молодыми людьми не старше тридцати лет — стариков и детей среди них не было. Что это значит?

Внезапно он вспомнил слова старика — тот говорил, что для рождения гулам нужны мертвые человеческие тела,— и разгадка сама обозначилась в его голове: гулы проехали по городу и набрали подходящих для себя мертвецов, чтобы родить из них новых гулов. Но каким образом они собираются превратить трупы в дьявольских тварей?.. Франческо скрипнул зубами. Ответа на этот вопрос он не знал, но ощутил вдруг невыносимую смесь ненависти и отвращения. Он вспомнил свой дом, вспомнил картины гибели города, и в мозгу его полыхнуло: он не допустит, чтобы эти покойники превратились в гулов!

Разогнувшись, Франческо оглядел грузовик. Огромный топливный бак находился с левой стороны кузова возле заднего колеса. Во время взрыва основной удар пришелся на кабину и передний борт кузова, поэтому сам бак не пострадал — разорвало лишь несущий топливопровод, однако горючее не сдетонировало, так как грузовик работал на дизеле, а для его взрыва недостаточно было повреждения проводной магистрали.

В тот момент, когда он раздумывал, каким образом можно использовать оставшееся топливо в баке, его глаза отметили движение. Франческо повернул голову и увидел, как из-за поворота на виа Мареа выехал грузовик. Он облизнул губы и замер. Через секунду вслед за первым грузовиком из-за поворота появился второй.

Чувствуя холод в груди, Франческо сжал пистолет — он сразу узнал в этих машинах грузовики, которые проехали по улице две минуты назад, «Наверное, гулы услышали грохот от взрывов,— пронеслось у него в голове,— и решили вернуться…» На секунду он бросил взгляд на лежащий на тротуаре гранатомет, но тут же отбросил мысль использовать его против гулов: возможно, он и успеет зарядить его и взорвать один грузовик, но времени на второй у него уже не останется.

Не отрывая взгляд от машин, Франческо машинально поднял гранатомет и закинул его на плечо, затем схватил сумку. Добежать до «хонды» он уже не успеет, а значит, придется спасаться бегством. Он повернул голову в противоположную сторону виа Мареа — метрах в сорока от него виднелась сквозная арка трехэтажного дома.

Обернувшись к грузовикам, Франческо принялся отступать к арке. Машины ехали быстро — сейчас до них оставалось полторы сотни метров, но это расстояние они могли покрыть в десять секунд. «Ему необходимо их как-то остановить, подумал он, чтобы выиграть время. Но как?»

В тот момент, когда он оказался в двадцати метрах от кузова, а до первой машины оставалось не больше восьмидесяти метров, Франческо решил сделать самое простое, что можно было сделать в его положении: остановился на тротуаре, вытащил пистолет и, прицелившись, выстрелил. До его слуха донесся щелчок, когда пуля врезалась в топливный бак, однако бак не взорвался. Франческо растерялся. Тем временем, продвинувшись дальше, грузовики оказались в пятидесяти метрах от кузова, и неожиданно, глядя на их звероподобные морды, Франческо понял, почему не последовало взрыва: за сегодняшний день машины эти, наверное, проехали уже несколько сот километров, и уровень топлива в баках понизился. Скорее всего, он просто попал в пустую часть бака.

Франческо снова прицелился и выстрелил. Вытолкнутая из ствола тупоносая пуля промчалась над мостовой и ударила в нижнюю часть бензобака. Однако и на этот раз горючее не взорвалось — вместо того, чтобы полыхнуть подобно снаряду, брызнуло четырьмя струями через отверстия в баке: две из них, словно струи огнемета, накрыли улицу, в мгновение ока превращая ее в полыхающий ад, две другие ударили под днище кузова, обогнули его и сомкнулись над крышей. Через секунду до Франческо донесся скрип тормозов, он оторвал взгляд от пламени и бросился к подворотне.

В считанные секунды он оказался возле арки трехэтажного дома и нырнул в ее спасительную черноту, однако за мгновение до того повернул голову и увидел картину: оторванный кузов, как и вся прилегающая к нему мостовая, был охвачен огнем, в котором сгорали те, кому не суждено было превратиться в богопротивных созданий, два грузовика замерли перед полыхающими останками, а их водители стояли перед машинами. Их лица были повернуты в его сторону, пустые глаза с ненавистью глядели через огонь на того, до кого не могли дотянуться…