Медленно повернув голову, Франческо посмотрел туда же, куда глядел Доминик, и ощутил укол нового удивления — в сорока метрах от них с левой стороны улицы, в проходе между домами, стояли три человека: женщина и двое мужчин. У женщины и одного из мужчин, одетого в зеленые штаны и рубаху, в руках ничего не было, у второго мужчины на плече висела сумка, на груди — автомат, лица людей были повернуты в сторону площади. Видимо, появились они в подворотне незадолго до того, как он замолчал, но этих секунд им хватило, чтобы оглядеть улицу и убедиться в том, что на ней никого нет. Через мгновение после того, как капо подумал об этом, человек с автоматом отделился от подворотни и быстрым шагом пересек виа ди Сета. Остановившись возле дома на правой стороне улицы, махнул рукой, и его спутники последовали его примеру. Три человека двинулись к пьяцца дель Пополо, быстро прошли тридцать метров и, повернув за угол дома, скрылись в проулке.

Улица вновь опустела. Сидящие в машине молчали. Наконец Доминик изумленно вздохнул:

— Это ведь был Кавио Гольди — комиссар из отдела убийств?

Франческо машинально кивнул.

— И с ним иностранец и девушка, о которых ты говорил? — продолжил помощник.

Франческо снова кивнул и внезапно передернул затвор, заставив его замолчать.

— Эта троица мне знакома,— прошептал он, но Доминику почудилось, что в голосе капо проскользнула угроза.

В следующий миг Франческо открыл дверь машины и поставил ногу на мостовую.

— Франческо… — начал помощник.

— Жди меня здесь! — оборвал его капо, выбираясь на тротуар.

Через секунду он осторожно прикрыл дверь машины и, оставив Доминика в недоумении, быстрым шагом двинулся к переулку, держа перед собой оружие…

Обогнув угол дома, три человека вошли в узкий проулок, перпендикулярный виа ди Сета: с правой стороны его тянулись дома, с левой — сорокаметровая изгородь, окружающая библиотеку, двинувшись по проулку, прошли вдоль домов и через короткое время оказались на середине ограды. Остановившись, Гольди дал знак девушке и демонологу замереть и осмотрелся.

Резная изгородь, огораживающая библиотеку, находилась на расстоянии восьми метров от здания. Между стеной и решеткой виднелись клумбы с цветами. Изгородь состояла из цельных пролетов: по углам здания высились резные колонны, увенчанные фигурками муз, между колоннами тянулись стальные решетки, переплетенные металлической вязью, по вершине ограды шла «морская волна». Гольди подумал, что им это на руку — перелезть через изгородь не составит труда,— и перевел взгляд на здание. Окна библиотеки были такими же, какими он их видел из депо пожарной команды — пустыми, словно глазницы покойника,— однако, кое-что с приближением к библиотеке изменилось, и касалось это его самого.

Когда они находились на противоположной стороне площади и наблюдали за» библиотекой в бинокли, он ощущал легкий «шорох», похожий на «зов», слышанный им этой ночью за окнами дома,— однако «шорох» был смутным и порой пропадал. Когда к библиотеке подъехал голубой родстер, «шорох» усилился, но потом снова ослаб, когда уехал светловолосый. Теперь же он превратился в назойливый шум, засевший в затылке, и комиссар знал, что он значит — слова Аз Гохара о людях, способных чувствовать гулов, объясняли его состояние: сегодня ночью он побывал на чимитеро Нуово в момент рождения гулов, а через пару часов после этого ощутил смутный «зов». Наверное, принадлежал он к породе людей, от природы склонных чувствовать гулов, и вот теперь эта способность у него проявилась. Однако, несмотря на то что он уже был уверен в последнем, оставалось много неясного: например, что дает ему этот дар? Может ли он по силе шума определять расстояние до гулов? Или узнавать их число?.. Пока это было неясно, но возможно, если они переживут этот час, он ответит на эти вопросы? Одно несомненно: размышлять об этом ему пока рано — для начала им нужно проникнуть в библиотеку и попытаться раздобыть рукопись.

— Синьор Белов,— проговорил комиссар, поворачиваясь к Андрею,— предлагаю следующий план: я перелезаю через ограду, вы помогаете перебраться через нее Паоле, после чего присоединяетесь к нам. После этого в том же порядке мы поднимаемся в окно и оказываемся в библиотеке. Подходит?

— Мне кажется, вы не должны идти первым, комиссар,— нахмурился демонолог.— У меня фляжка с горючей жидкостью, у вас же один автомат. Если вы заберетесь в окно и наткнетесь на гулов, вы с ними не справитесь.

— У меня есть основания думать, что этого не случится.— Заметив, что демонолог готов возразить, Гольди закончил: — Все! Делаем, как я сказал!

Сняв с плеча сумку, он шагнул к изгороди, решетка которой была густо оплетена стальными цветами и словно создана для того, чтобы по ней лазили. Поставив ногу на «стебель» в полуметре над мостовой, комиссар ухватился за вершину ограды и полез на решетку… За короткое время он поднялся наверх, перебросил ногу через «волну» и спрыгнул на землю. Приземлившись на клумбу пионов, на мгновение замер и бросил взгляд на окна библиотеки, но не заметил в них ничего подозрительного. Тогда он повернулся к ограде. По его знаку демонолог бросил рюкзак, Гольди поймал его и дал знак Паоле подниматься наверх.

Через сорок секунд Андрей приземлился на клумбу пианов, пробежал по цветам и оказался возле Гольди и Паолы. К этому времени комиссар успел вытащить из рюкзака литровую бутылку с бензином и привязать ее к ремню «скользящим» узлом. Андрей бросил взгляд на бутылку, но ничего не сказал, Гольди же выдохнул:

— Начинается самое главное. Теперь все делаем четко и по возможности тихо. Я лезу в окно — следите за мной.

Развернувшись на дорожке, идущей по периметру здания, комиссар взглянул на окно, однако прежде чем подниматься наверх, опять прислушался к телу. «Шорох» в затылке не стихал ни на миг, однако и не становился сильней. Сейчас он был примерно таким же, что и в проулке, может быть, став лишь чуть более назойливым. Похоже, гулы находятся в глубине здания, решил комиссар и бросил взгляд вверх.