Шрифт:
– Разрешите взглянуть на это издание, – попросил он.
Сара пожала плечами.
– Пожалуйста.
Финн взял книгу и внимательно взглянул на снимок. Это действительно была Джейд Дево. Финна поразило то, что за короткое время он уже второй раз сталкивался с публикациями этого автора. Сначала статья в газете, теперь книга…
– Я уверена, что вам не понравится эта писанина, – сказала Сара. – Это полная чушь!
– Вы успели прочитать книгу?
Сара пожала плечами.
– Эта женщина высказывает странные идеи. Впрочем, может быть, они найдут у вас отклик. Кстати, где ваша супруга?
– Осматривает местные достопримечательности, – буркнул Финн.
– Как вы думаете, где она сейчас и с кем?
– Думаю, что она встретила кого-нибудь из своих старых друзей и сейчас ходит с ними по магазинам.
Сара помолчала. Финн хотел уйти из подсобного помещения, но не мог сдвинуться с места. Он как завороженный смотрел на сидевшую на полу ведунью.
– Вам пора уезжать, – промолвила вдруг она.
– Я пришел сюда пешком.
– Речь идет не о магазине. Вам пора уезжать из Массачусетса.
– Это еще почему? Недавно вы пришли в транс и заявили, что я скоро изобью свою жену. Но я люблю Меган! Я не верю вам, вы добиваетесь какой-то своей цели, клевеща на меня. Что вам нужно, черт возьми? Вы стремитесь разрушить наш брак?
К его удивлению, Сара смутилась и стыдливо потупила взор.
– Нет, я не собираюсь разрушать ваш брак, но твердо знаю только одно – вы должны уехать. Над вами обоими нависла угроза… Я сама не знаю какая, но то, что она существует, мне совершенно очевидно… Вы такой мужественный, красивый, обаятельный… А ваша жена – просто прелесть, она похожа на куклу Барби. – Сара подняла на него глаза, в них больше не было смущения. – Вам не страшно порой от того, что вы такие замечательные, совершенные?
– Мы далеки от совершенства, уверяю вас.
– Скажите, вы избили ее? Именно поэтому она куда-то бежала от вас?
Финн направился к выходу, не желая больше слушать Сару, но она вцепилась в его ногу, а затем ее руки стали поглаживать Финна по бедру. Через несколько мгновений Сара вдруг вздрогнула и отдернула руки, словно очнулась от транса.
– Ты – мерзавец, ты должен уехать!
Мурашки забегали по спине Финна. Он и сам хотел уехать, хотя такой поступок был бы нелогичным и неразумным. Однако странное поведение Сары вывело его из себя. С него было довольно. Сколько можно притворяться вежливым и учтивым, боясь обидеть полусумасшедших родственников и знакомых жены?
– Черт возьми! Оставьте меня в покое, Сара!
– Я сделала бы это, если бы могла, – пробормотала она и, взглянув на него, произнесла более отчетливо: – Пожалуй, действительно будет лучше, если вы останетесь. Вы крутой, горячий мачо; мне это нравится. Приходите как-нибудь ко мне в гости.
Финн стремительно вышел из помещения. Проходя мимо прилавка в торговом зале, он молча помахал рукой Морвенне на прощание.
Финн опомнился только на улице, заметив, что быстро идет по тротуару, не разбирая дороги. В руке у него все еще была книга Джейд.
Глава 9
Меган не знала, почему пришла именно к Смиту. Ноги сами принесли ее в новый музей, хранителем которого был ее друг. Меган не хотелось встречаться с Морвенной и рассказывать ей о своих семейных проблемах.
Увидев Меган, Майк предложил ей посмотреть новую выставку, которая сейчас готовилась в музее. Она согласилась, и они вошли в дверь, на которой висела табличка «Посторонним вход воспрещен».
Выставка была посвящена представлениям людей семнадцатого века о дьяволе и колдовстве.
Макет дьявола был большим, более восьми футов высотой, кроваво-красным с черными пятнами. Меган поразил раздвоенный язык этого монстра и его длинный хвост в форме стрелы. На голове дьявола виднелись рога, а его жуткие глаза, казалось, следили за каждым, кто входил в зал. Меган невольно поежилась. Ей было не по себе. Этот дьявол смутно напоминал ей о приснившемся недавно кошмаре. Но подробности страшного сна уже стерлись из ее памяти.
– Скажу одно, – с усмешкой добавила Меган, – мне не хотелось бы остаться в зале наедине с этим макетом.
– Подумать только, люди в семнадцатом веке верили, что этот парень может явиться к ним и заставить подписать договор кровью, – промолвил Майк. – Слава Богу, подобные суеверия остались в далеком прошлом!
– Действительно, слава Богу.
– Конечно, большинство проблем, возникших в колониях, уходили своими корнями в европейскую почву. Преследовать ведьм начали именно в Европе. Во время судебных процессов применялись жестокие пытки, от которых развязывались языки даже у самых стойких обвиняемых. И как только судьи выбивали признание, под подозрение попадали новые жертвы, те, кого называла мнимая ведьма. Несчастные, измученные пытками признавались в том, что вступали в сношения с дьяволом, что целовали его в ягодицы, участвовали в оргиях, танцевали голыми при луне. Были признания и в куда более ужасных преступлениях. Сейчас-то мы понимаем, что физическая боль может сломить волю человека, и тогда он, чтобы прекратить пытки, может сознаться в чем угодно. Но тогда, в далеком прошлом, все было иначе. Люди верили, что пытками можно заставить жертву говорить правду.