– Ты войдешь или подождешь меня здесь?

Финн окинул взглядом кирпичное здание. Судя по стилю, оно было возведено в девятнадцатом веке или даже в начале двадцатого.

По мере приближения к церкви Финну становилось все больше не по себе. Внутри он чувствовал нарастающее жжение.

– Конечно же, я зайду вместе с тобой, – сказал он, и его поразил собственный раздраженный тон, которым были произнесены эти слова.

Меган нахмурилась. Поднявшись по ступеням, она открыла массивную дверь и вошла.

Жжение внутри Финна усилилось. Он замер у двери. Ему вдруг стало ясно, что он не может или даже не имеет права входить в церковь.

Стало страшно. Обернувшись, он увидел человека, который от самой кофейни шел следом за ними. Он разговаривал с детьми, одетыми в маскарадные костюмы.

Стиснув зубы, Финн заставил себя переступить порог церкви. Меган стояла недалеко от входа у сосуда со святой водой. Обмакнув пальцы в святую воду, она перекрестилась.

– Сделай то же самое, – сказала она, когда Финн подошел к ней.

– Зачем?

Вздохнув, Меган опустила в святую воду указательный палец и начертила крест на лбу мужа.

Он отшатнулся от нее, почувствовав страшную боль в голове. Но Меган не заметила, в каком состоянии находится муж. Она прошла по проходу и встала на колени перед алтарем. Финн, шатаясь, двинулся за ней. Чтобы не упасть, он вынужден был держаться за спинки скамей. В глазах у него темнело, дыхание перехватывало.

Дойдя до второго ряда скамей, Финн упал на колени позади жены и низко опустил голову.

– Вы неважно себя чувствуете? – раздался рядом вкрадчивый мужской голос.

Вздрогнув от неожиданности, Финн поднял глаза и увидел священника. Финн не слышал, как он подошел. Священник, которому было на вид около сорока лет, с беспокойством смотрел на него.

– В Хэллоуин весь мир сходит с ума, – проговорил святой отец. – Мы сами создаем своих демонов, не так ли?

– Да.

– Службы пройдут сегодня вечером, завтра и послезавтра, в День Всех Святых.

– Святой отец, не могли бы вы благословить нас? – повернувшись, попросила Меган.

– Нет, не надо, – услышал Финн собственный голос.

Священник как-то странно посмотрел на него.

– Вы католичка? – спросил он Меган.

– Да.

– А вы? – обратился он к Финну.

Страшная боль сжала виски Финна. Он не мог произнести ни слова. Не дождавшись ответа, священник снова перевел взгляд на Меган.

– Пожалуйста, святой отец, благословите нас, – стала упрашивать она.

– Будет лучше, если вы придете сегодня на вечернюю службу.

– Мы не можем. Работа…

– В таком случае приходите завтра.

– Но нам очень нужно получить ваше благословение именно сегодня!

– Хорошо, подойдите к алтарю.

Финн и Меган встали на колени перед ним, и он, положив ладони на их головы, произнес слова благословения.

Финн, стиснув зубы, изо всех сил старался сдержать рвущийся из груди крик. Голова раскалывалась от страшной боли.

Закончив, священник отдернул от него руку так, словно ее жгло огнем.

– Ступай с Богом, дитя мое, – сказал он Меган.

Финн сорвался с места и бросился к выходу. Ему не хватало воздуха.

– Меня зовут отец Марио Бриндизи, – сказал священник, когда Меган поднялась с колен. – Если сможете, приходите завтра на мессу. Если я вам понадоблюсь, не стесняйтесь, позвоните мне.

Финн тем временем выбежал на улицу. Здесь ему сразу же стало легче. Вскоре к нему подошла Меган.

– Что с тобой? Ты вел себя крайне невежливо.

– У меня внезапно разболелась голова.

– В таком случае давай зайдем в аптеку и купим аспирин.

Финн, держась за перила, спустился по каменным ступеням крыльца.

– Нет, не надо, – остановившись, сказал он. – Мне уже лучше. Боль почти утихла. Нам надо ехать, если мы не хотим опоздать на выступление.

Натянуто улыбнувшись, он взял жену за руку, и они пошли по улице к парку, где стояла их машина. Боль действительно прошла, но Финн все еще ощущал странное жжение в том месте, где Меган начертила крест.

«Надо сказать ей об этом», – подумал он, но что-то мешало ему рассказать о своих ощущениях жене.