– Конечно. Я покажу вам салон и объясню аспекты всех программ «Старлайта».

Филиппу провели в главный зал салона – большое помещение с удобными креслами. Оно было декорировано в мягких голубых тонах, ненавязчиво звучала тихая музыка.

К залу примыкали комнаты для занятий, отдельные массажные кабинеты, баня с минеральными водами и парильней, парикмахерский и косметический салоны – все в тех же голубых тонах, с мягким освещением, повсюду кадки с цветами. Да, место, где можно отдохнуть и понежиться.

– У нас занимаются три группы в день, в удобные часы, – объясняла Мэнди по ходу осмотра. – Занятия включают беседы о диете, классы красоты и моды. Мы также предлагаем классы аэробики и индивидуальной красоты: общий массаж, массаж лица, маникюр, педикюр.

По мере того как Мэнди подробно описывала обслуживание групп, воздействие диеты и прочее, Филиппа все больше поражалась тишине, царившей в помещении. Ванны с минеральной водой принимали всего несколько женщин, была занята только одна массажная, инструктор по аэробике томилась в ожидании, когда соберется ее группа. Филиппа также не нашла разумным то, что для занятий по диете предлагалось только три группы: утром, днем и вечером. А как быть женщинам, у которых свободны лишь час перед работой, или перерыв на ленч, или, к примеру, поздний вечер? Еще более ее обеспокоило сообщение, что во всех группах, кроме субботних, есть вакансии.

Этот салон «Старлайта» на Роксбюри-драйв в Беверли-Хиллс был олицетворением того, о чем мечтала Филиппа много лет назад. Тогда это было потрясением: вместилище красоты и элегантности, где женщина могла насладиться мгновениями покоя, отвлечься от стрессов повседневной жизни, встретить дружелюбие и расположение тех, кто был озабочен аналогичными проблемами. Здесь учили, как усовершенствовать душу и тело, как понравиться самой себе и обрести самоуважение. Это было почти революционно, но даже в те годы роста, при невероятном преуспеянии салоны не могли обслужить всех желающих. Так почему же этот салон выглядит таким пустым? Неужели так изменились потребности женщин? Или так изменилась сама жизнь?..

Филиппа вспомнила, что говорила Чарми: «Сегодня люди спешат, им подавай результат немедленно. Они не заинтересованы в том, чтобы тратить время и энергию, впутываясь в программу, подобную нашей. Это работало в былые годы, потому что домохозяйки располагали временем. Но теперь мы должны ориентироваться на деловых женщин, которые зачастую еще и матери-одиночки. Им нужна гибкая система плюс возможность быть независимыми».

Служащая, как Мэнди, с энтузиазмом убеждала ее, посетительницу с улицы, вступить в «Старлайт», пытаясь внушить, что «для достижения результатов по такой программе стоит потратить время и усилия». Филиппа начала осознавать проблему, а также нащупывать путь к ее решению. «Старлайт» должен воспрянуть со временем.

Когда, поблагодарив девушку, Филиппа ушла с подаренной брошюрой в глянцевой обложке, она уже зримо представляла, какие изменения надо произвести. Она чувствовала, как возвращается прежнее возбуждение, дрожь от предстоящей встречи с вызовом…

Но это опасное препятствие!.. Филиппа должна найти того или тех, кто обворовывает компанию. И найти быстро. Только тогда можно будет пресечь враждебную деятельность «Миранды интернейшнл». Если «Миранда» установит здесь свой контроль, то все эти годы, все мечтания и замыслы, вся тяжелая, упорная работа пойдут прахом.

Филиппа поспешила к лимузину и велела водителю отвезти ее обратно в главный офис «Старлайта», потом подняла трубку и набрала номер частного телефона Ханны. Когда лимузин влился в поток машин на Уилшир, ни Филиппа, ни водитель не заметили, что за ними следует ухоженный черный «ягуар».

Тарзана, Калифорния, 1963 год.

– Знаешь, в чем ты нуждаешься, Филиппа? Тебе нужен мужик. Я имею в виду, ты здоровая двадцатипятилетняя женщина… Тебе когда-нибудь попадался… – он насупился на нее, – «мозолистый»?

Она улыбнулась кузену Ханны и покачала головой:

– Макс, я не собираюсь снова этим заниматься с тобой, тем более нынешним утром и на виду у всех этих людей.

Небольшая группа собралась на тротуаре перед главным входом в Канога-парк. Стояло свежее ноябрьское утро, и солнце сражалось с серыми облаками. В данный момент побеждало солнце.

– Я имел в виду, Фил… – продолжил было он, следуя за ней к месту, где стояли Ханна и Алан. Алан держал на руках младенца, Ханна любовно поглаживала восьмимесячный живот – она ждала второго ребенка.

– Ты не хочешь посидеть? – спросила ее Филиппа.

– Со мной все в порядке, – Ханна переступила с ноги на ногу. – Кажется, можно начинать церемонию, не так ли?

Филиппа бросила взгляд через плечо.

– Ну, разве это не волнует? Наш тридцатый салон! Все соответствовало ее предсказанию, сделанному два года назад, в тот вечер, когда Ханна выходила замуж, вечер, когда Чарми оставила «Старлайт». Ханна легонько обняла ее за плечи.

– Хм… Макс снова идет сюда и смотрит на тебя сумасшедшими глазами. Хочешь, я прогоню его?