– Мисс Линд прилетела из Сингапура, – добавила секретарь, прежде чем выйти.

Ингрид пришла из комнаты дизайнеров, одетая в фантастический пурпурно-синего цвета костюм, белую шелковую блузку и туфли на низком каблуке. Ее белокурые волосы были тщательно стянуты сзади и уложены небольшим валиком на затылке, большой пурпурно-синий же бант на нем подчеркивал классические линии ее шеи и лица.

– Приветствую тебя дома, – сказала Ханна, заключая подругу в объятия. – Как прошла поездка?

– Опустошила и воодушевила! – ответила Ингрид со смехом. Она возвышалась над Ханной, как возвышалась и над всеми.

– Вот держи. Это не рождественский подарок тебе, а просто сувенир из Сингапура.

Ханна ахнула, когда, раскрыв коробочку, обнаружила внутри изысканной работы золотую цепочку с пряжкой из нефрита.

– Ингрид! Ты не должна была этого делать.

– Веришь ли, именно об этом я подумала, когда совершала покупку, – ответила Ингрид, доставая пачку «Галуаз» и прикуривая. – Я купила это на Ро-Хенг, где цену подсчитывают на абаке, [39] основываясь на весе ожерелья и цене на золото. Затем положено обязательно поторговаться. Я затратила на эту покупку целый час.

Ханна еще раз обняла ее.

– Это было очень мило с твоей стороны. Спасибо.

– Что ты думаешь о кашмирском шелке, который я прислала на этот раз? – спросила Ингрид, когда они перешли в ее шумную комнату, где за чертежными столами и портняжными манекенами работали дизайнеры.

– Никогда не видела таких расцветок, – ответила Ханна, держа подругу за руку. – Вот этот, морской волны, просто сногсшибателен! Над ним уже работают. У нас есть кое-что летнее на уме – купальные халаты, накидки для вечеринок с коктейлями, ну и так далее.

Ханна говорила энергично, стараясь скрыть свое страдание. Пройдет меньше сорока восьми часов, и она уже больше не будет работать с Ингрид. И, скорее всего, они больше не будут друзьями.

Ингрид выпустила в воздух струю горького дыма, получив в ответ несколько неодобрительных взглядов дизайнеров.

– Расскажи мне об этом чрезвычайном совещании, из-за которого меня отозвали. Алан мне показался по телефону очень раздраженным.

– Он был раздражен, потому что Филиппа послала его в Рио, а он не хотел ехать.

– Не понимаю, чем он недоволен. Рио – это место, где ты можешь найти самую вкусную еду из морских продуктов на всем Южно-американском континенте, и ничто не может превзойти бразильские аметисты.

Ингрид не упомянула мужчин, которые в Рио тоже были превосходны.

– Боюсь, что Алан смотрит на все это другими глазами, чем ты!

Ханна хотела, чтобы Алан и Ингрид не были столь антагонистичны друг другу. Их постоянная взаимная неприязнь с тех пор, как семь лет назад Ингрид впервые появилась, не смягчилась. Ханна начала рассказывать об угрозе захвата «Мирандой интернейшнл» и добавила, что Филиппа пригласила международных аудиторов для проверки всех отделов.

– Международных аудиторов! Чего ради?

Ханна отвела взгляд.

– Частично потому, что обнаружила некоторые расхождения в цифрах.

– Ох, – сказала Ингрид после паузы, во время которой она рассмотрела через плечо дизайнера рисунок вечернего платья на чертежной доске. – Ты говоришь Палм-Спрингс? Это меня устраивает. Пустыня – это лучшее место, где можно найти прекрасные ювелирные изделия из серебра, бирюзу и полудрагоценные камни.

– Я не знаю точно, в пустыне ли это. Мы встречаемся в горах, в отеле, который называется «Стар».

Ингрид загорелась.

– «Стар»! Прекрасно, прекрасно. Похоже, что мои прерванные каникулы в Сингапуре не станут такой уж полной потерей.

Она была заинтригована ожиданием того, какую еду ей смогут предложить в этом «Стар». И каких мужчин.

– Я думаю, – сказала она после короткого раздумья, – что это, конечно, будет очень интересная встреча.

Комната Банни была в ужасающем беспорядке. Распахнутые настежь чемоданы с разбросанными вокруг них содержимым, полотняные сумки, смятые и опустошенные, рулоны тканей, коробки с париками, разрозненные туфли, даже портновский манекен… У Фриды и ее компаньонок с воспаленными глазами оставалось чуть более двадцати четырех часов для того, чтобы подготовить мистерию.

– Вот это! – воскликнула наконец Фрида, остановившись на рулоне темно-шоколадного бархата. – Вот это! Подойдет лучше всего!

Джанина, седовласая женщина с маленькими глазками за очками в тонкой металлической оправе, застонала и вымолвила:

– Я боялась, что именно это ты и выберешь.

– Ты справишься с этим, дорогая, – сказала Фрида, – я видела, как ты работаешь над мистериями.

– Ладно, ладно…

Джанина взяла ткань у Фриды, набросила ее поверх манекена и окинула сомневающимся взглядом. Но, вынув несколько иголок из подушечки, закрепленной на запястье, она тут же принялась проворно священнодействовать подобно маленьким зверькам, друзьям Золушки. В считанные минуты ткань стала приобретать форму.