— Она отправилась рассказать о нас своим подружкам, — сказал Лу, сидевший на камне.

— Что бы там ни было, давай не принимать их толки близко к сердцу, — ответил другой Лу.

И оба они снова рассмеялись.

— Не могу поверить, что смеюсь собственным шуткам. — Сидевший на кочке Лу потер глаза. — Меня это ставит в тупик.

— Что происходит, как ты думаешь? — серьезно спросил Лу, сидевший на камне.

— Если ты этого не понимаешь, то не понимаю и я.

— Да, но у тебя, как и у меня, должны быть на этот счет определенные теории.

Они переглянулись, в точности зная мысли друг друга.

Аккуратно подбирая слова, перекатывая их во рту и как бы пробуя каждое на вкус, Лу сказал:

— Я не суеверен, но думаю, что мы должны держать свои теории при себе. Согласен? Что есть, то есть. Остановимся на этом.

— Я не хочу вреда окружающим, — проговорил Лу, сидевший на кочке.

— Слышишь, что я сказал? — сердито повысил голос второй Лу. — Я велел тебе помалкивать!

— Лу! — раздался голос Рут из сада. Она звала его, и ее зов прервал их тайную беседу.

— Иду! — крикнул он, высунув голову из-за изгороди.

Он увидел Пуда. Тот вырвался на свободу из кухонной двери и ковылял сейчас по лужайке, нетвердо держась на ногах. Так катится по земле яйцо с еще не до конца вылупившимся из скорлупы цыпленком. Мальчик догонял катившийся мячик, он хотел схватить его, но всякий раз толкал мячик неверными ногами, отпихивая его от себя еще дальше. Поняв, наконец, в чем тут дело, он остановился и стал осторожно тянуть руки к мячу, словно боясь, что тот, как живой, отпрыгнет от него сам. Подняв ногу, он сделал шаг и, не умея сохранять равновесие, упал на траву, приземлившись на толстую, в подгузнике, попу. На двор выбежала Люси в шапочке и шарфе и стала загонять Пуда обратно.

— Она так похожа на Рут, — услышал он голос над ухом и понял, что другой Лу стоит теперь рядом.

— Я знаю. Погляди, какое у нее выражение лица.

Они наблюдали за Люси, выговаривающей Пуду за его баловство, и оба одинаково смеялись, глядя на ее строгую мину.

Люси пыталась взять Пуда за руку и увести в дом, а он отчаянно визжал. Затем он вырвался и, замахнувшись на нее в припадке раздражения, пошел к дому самостоятельно.

— А кого он тебе напоминает? — спросил Лу.

— Ладно, нам пора. Ты идешь к бухте, а я везу Рут и детей в город. Смотри, не опаздывай. Мне пришлось долго уговаривать Квентина взять меня сегодня ему в помощь.

— Буду вовремя, не сомневайся. Не сломай се ноги.

— А ты не утони.

— Ну, счастливо!

Лу протянул руку и обменялся рукопожатием с самим собой. Рукопожатие перетекло в объятие — Лу стоял на склоне, крепко обнимая себя с сердечностью, давно уже им позабытой.

Лу прибыл на место за два часа до начала гонок. Он не участвовал в них уже много лет и хотел успеть освоиться, прислушаться к разговорам, привыкнуть к колебанию палубного настила под ногами. К тому же необходимо было наладить контакт с другими членами экипажа: ведь взаимопонимание — это ключ к победе, а он не хотел подводить команду. Вернее, он не хотел подводить Квентина. Он отыскал «Александру», сорокафутовую яхту, купленную Квентином пять лет назад и с тех пор отнимавшую у него каждый пенни и занимавшую каждую минуту его времени. Квентин был уже на борту вместе с тесной группкой из пяти человек; собравшись вместе, они обсуждали курс и тактику.

Лу быстро произвел нехитрый подсчет: на яхте должны были находиться шестеро. Вместе с Лу их теперь получалось семь.

— Привет всем, — сказал он, приблизившись.

— Лу? — Квентин с удивлением вскинул на него взгляд, и Лу понял, почему на борту и без него оказалось шестеро. Квентин не поверил, что он будет участвовать в гонках.

— Надеюсь, я не опоздал? — осведомился Лу. — Ты вроде бы говорил о девяти тридцати. — Он старался не выдать своего разочарования.

— Да, все так, конечно… — Квентин тоже постарался скрыть удивление. — Только я, признаться… — Он обернулся к другим участникам гонок, застывшим в ожидании: — Разреши представить тебя экипажу. Это, ребята, мой брат Лу. На лицах некоторых мелькнуло удивление.

— А мы и не знали, что у тебя брат есть, — сказал один из команды, выступив вперед и протягивая руку. — Я Джеф. Добро пожаловать. Надеюсь, что с яхтами вы на дружеской ноге.

— Был когда-то, — ответил Лу и неуверенно покосился на Квентина. — В свое время мы с Квентином немало миль исходили, а такое не забывается. Это как велосипед, знаете ли…

Они засмеялись, приглашая его на борт.

— Куда ты хочешь, чтобы я встал? — Лу взглянул на Квентина.

— Ты и вправду думаешь, что сможешь поучаствовать? — спросил тот тихонько, чтоб не слышали другие.

— Конечно. — Лу сделал вид, что не обиделся. — Пойду, как всегда, на прежнем месте?

— Впередсмотрящим, да? — сказал Квентин.

— Так точно, капитан! — сказал Лу и с улыбкой отдал ему честь.

Квентин засмеялся, а затем опять повернулся J другим членам команды:

— Итак, ребята, я хочу, чтоб работали вы слаженно и дружно. Помните, что все следует передавать по цепочке, с тем чтобы вся информация шла ко мне и от меня. Если вы не выполнили команды, кричите, чтоб я был в курсе того, что происходит на борту. Если мы выиграем, для начала ставлю всем по кружке.