Перселл обратился ко мне:

– Э-э-э… какого дьявола ты заявился так поздно?

– Вас нелегко было найти.

– Достаточно легко. Для парня из Филадельфии. Регги, я тебе говорил? Для парня из Филадельфии нет ничего невозможного, как только он выберется из этого города.

– Это вы ему говорили, мистер Перселл, – сказал Лу. – А теперь он должен мне сто долларов.

– Расплачивайся, малыш. Здесь так принято. Мы всегда платим за свои промахи.

– Ладно, заплачу, – сказал Регги.

– В следующий раз будете расплачиваться своей машиной, – предупредил Лу.

Перселл остановил взгляд на Монике.

– Кто эта красотка?

– Ее зовут Моника, – сказал я. – Моника Эдер.

– Хм, Эдер?

Я думал, что это имя подействует на него как удар в солнечное сплетение, но он ничуть не обеспокоился.

– Родственница? – спросил он.

– Сестра, – ответила Моника.

– Не знал, что у нее была сестра.

– Я родилась после того, как Шанталь исчезла.

– Интересно. Ты выглядишь ничуть не хуже. Э-э-э… а может, даже лучше. Чем занимаешься, Моника Эдер?

– Работаю в адвокатской конторе.

– Какое расточительство! Когда-нибудь снималась в кино?

– Нет.

– Тебе нужно пройти пробы. В тебе есть что-то особенное. Здоровое. Как у Коннели, прежде чем она стала худой как скелет. Зубы мы можем поправить. Вы взяли с собой купальные костюмы?

– Мы приехали не отдыхать, – сказал я.

– Это Лос-Анджелес, малыш. Здесь кругом отдых. Но сейчас у меня нет времени. Ко мне едет Энглторп. Мы поговорим позже. Все втроем.

– Нужно поговорить сейчас, – сказал я.

– Мне бы тоже этого хотелось, правда; у меня есть что рассказать, но сейчас не могу. Просто не могу. Э-э-э… Лу, дай этой парочке полотенца и купальные костюмы. Для нее принеси красивый и облегающий. И что-нибудь выпить. Ты пьешь, Виктор?

– Не слишком удачно.

– Тогда учись. В этом городе, малыш, нужно уметь перепить денежные мешки, чтобы они свалились под стол, а ты их вытряс дочиста. Приготовь им что-нибудь покрепче, Лу. Поболтаем позже, обещаю. А сейчас меня ждут великие дела. Когда должен приехать Энглторп?

– Час назад, – сказал Регги.

– Ублюдок. Виктор, пока ждешь, взгляни-ка на это. – Перселл взял со стола пачку сшитых листов и передал мне. – Только что пришло. Блестяще. Гениально. Посмотрим, есть ли у тебя нюх.

Он встал и быстро прошел мимо нас к ведущей в дом крытой аллее. Он был ниже ростом, чем я представлял, – почти на полголовы ниже меня. Регги двинулся за ним как раболепная жена.

– Ты звонил дважды? – спросил его Перселл, не поворачивая головы.

– Дважды.

– Что он сказал?

– Ничего.

– Э-э-э… этот сукин сын опоздает на собственные похороны.

– Что случилось с моей сестрой? – громко спросила Моника.

Перселл остановился, обернулся и пристально посмотрел на нее.

– Я не обязан вводить тебя в курс дела, малышка, – наконец произнес он. – Со временем расскажу, помяни мое слово, но в нашем бизнесе на первом месте всегда стоит бизнес.

– Но мы не уедем, – предупредил я.

– Был бы разочарован, если бы вы уехали. Эта татуировка, о которой рассказал мне Лавендер, она настоящая или нарисованная?

– Настоящая.

– С ней что-нибудь связано?

– Я пытаюсь узнать об этом.

– Еще бы. Ты бульдог, малыш. Я восхищаюсь тобой. Парни из Филадельфии достаточно крутые, чтобы наделать шуму в этом городе. – Он махнул рукой в сторону бассейна и лежащего за ним океана. – Но то, что ты вцепился в косточку, не означает, что нужно заниматься только ею. Можно насладиться отдыхом.

Он сунул сигару в рот, пососал ее, повернулся и пошел к дому. Исчез, как облако табачного дыма от дуновения ветра, ни на секунду не выпустив из рук инициативу.

– Я о вас позабочусь, – сказал Лу, – найду купальники подходящего размера. – Он указал на маленькую кабинку, стоявшую рядом с бассейном: – Сюда. Здесь вы переоденетесь.

Если вы подумали, что я объяснил Лу, куда он может засунуть купальные костюмы, что я бросился за загадочным Теодором Перселлом, требуя объяснений, что я решил немедленно разобраться со всеми подлыми делами, то вы ошиблись. У меня была тысяча веских причин для терпения, в том числе жара: пиджак и рубашка пропитались потом, и возможность поплавать – даже в мутной воде бассейна Тедди Перселла – казалась достаточно соблазнительной. Это ведь Лос-Анджелес, малыш, и если этот бассейн не совсем такой, как в отеле «Беверли-Хиллз», здесь я вряд ли найду лучше.