Таким образом, по моим расчетам, в Ичкерии оставалось примерно 60–70 тысяч стволов автоматов Калашникова, 40–50 установок залпового огня «Град», примерно 50 танков из состава Шалинского танкового полка, до 100 гаубиц «Д-30», не менее 10 ракетных установок (модификацию не помню) из ракетной части, дислоцировавшейся в городе Урус-Мартан; около 300 самолетов и огромное количество боеприпасов. Кроме того, в наше распоряжение поступило оружие, которое хранилось в здании КГБ и Республиканского военкомата.

На базе указанного выше вооружения были образованы вооруженные силы Чеченской Республики Ичкерия. До 1994 года финансирование нашей армии происходило за счет бюджетных средств республики, и оно было небольшим, так как не требовало приобретения нового вооружения и боевой техники.

В ходе боевых действий с федеральными войсками в период с 1994 по 1996 годы финансирование вооруженных сил Ичкерии происходило из следующих источников:

1. Государственные деньги Чечни из национального банка республики.

2. Денежные средства чеченских бизнесменов, которые находились на территории Чечни.

3. Денежная помощь многочисленных иностранных финансовых фондов.

4. Деньги чеченских бизнесменов из зарубежных стран. Что касается помощи со стороны чеченских диаспор городов Российской Федерации, то она в тот период времени была незначительной и, в основном, заключалась в поставках в Чечню продовольствия, медикаментов и обмундирования российских войск.

Вся финансовая помощь Чеченской Республике извне осуществлялась путем привоза на территорию республики различными курьерами наличных денег в долларах США. Я могу это уверенно утверждать, так как сам, являясь приближенным Джохара Дудаева, неоднократно, примерно 10–15 раз, принимал иностранных курьеров с деньгами. Бывали случаи, что за один раз привозилось до 1,5 млн долларов. А таких посредников, как я, у Джохара было примерно 10 человек.

На полученные деньги мы покупали оружие и вооружение у российских военнослужащих, которые в то время находились на территории Чечни. Я лично таким способом купил два комплекта установки залпового огня «Град» по 20 тыс. долларов и большое количество стрелкового оружия и боеприпасов. Механизм был примерно таким.

Мы через мирных жителей в устной форме договаривались с тем или иным командиром российских подразделений и платили деньги. Те, в свою очередь, в определенное время направляли машины с необходимым вооружением в условленный район, где моими бойцами инсценировалось нападение, в результате которого вооружение переходило под наш контроль.

После войны, то есть с 1996 года финансирование нашей армии осуществлялось из тех же источников, о которых я показал выше. Мне также известно, что в 1997 году Березовский Борис Абрамович передал Шамилю Басаеву, который в то время являлся вице-премьером правительства Масхадова по промышленному блоку, 2 миллиона долларов США наличными для восстановления Чири-Юртовского цементного завода и других объектов народного хозяйства. Я знаю это со слов самого Басаева и Масхадова. По словам Басаева, передача денег произошла на территории Республики Ингушетия. Кто при этом присутствовал, мне не известно.

Более подробные показания я дам в ходе следующих допросов.

Допросил и протокол составил:

Следователь по особо важным делам

Следственного управления ФСБ России подполковник юстиции Л. В. Баранов

Умысел захватить заложников, совершать убийства и покушения на убийства безусловно у Радуева был, и это неопровержимо доказано исследованными в ходе суда материалами дела. Но проанализируем еще раз откровения самого Радуева.

Вот как в ходе предварительного следствия он описывал поставленные перед подчиненными задачи:

«Подразделению» Айдамира Абалаева, используя стрелковое оружие и гранатометы, напасть на вертолетную базу, физически ликвидировать охрану, захватить находящиеся на ней вертолеты с боеприпасами, часть из них уничтожить.

«Наурскому батальону» под командованием Мусы Чараева — захватить территорию войсковой части. Для этого уничтожить ее охрану, подавить сопротивление и постараться захватить в плен как можно больше военнослужащих.

«Сводному отряду Северо-Восточного направления» под командованием брата — Сулеймана Радуева — захватить авиационный завод. С помощью взрывчатки уничтожить оборудование. Затем, собирая из близлежащих домов заложников, направиться вместе с ними к больнице. По прибытии выдвинуться к железнодорожному вокзалу и взять его под контроль».

Этот боевой приказ находился в полном противоречии с заявлениями Радуева-«миротворца», сделанными на суде.

Согласитесь, этот приказ разительным образом отличается также от утверждений подсудимого, что происходящее в Кизляре якобы творилось без его ведома и участия.