Публичные угрозы Радуева взорвать вокзал в Воронеже, уничтожить российские города, учинить иные террористические акции, в связи с тем, что они воспринимались как, безусловно, реальные, я предложил квалифицировать по п. «б» ч. 2 ст. 205 Уголовного кодекса Российской Федерации. То есть как терроризм, совершенный неоднократно.

Пятигорские события применительно к Радуеву образовали состав преступления, предусмотренный ч. 3 ст. 33 и ч. 3 ст. 205 Уголовного кодекса Российской Федерации: организация терроризма, сопряженного с производством взрыва, повлекшего смерть людей, иные тяжкие последствия, значительный имущественный ущерб, совершенного организованной группой в целях неоднократного устрашения населения.

Действия Радуева, сопряженные с убийством людей членами его банды на Пятигорском вокзале, я предложил квалифицировать по ч. 3 ст. 33 и п. п. «а», «е», «ж», «з», «н» ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации. Организация убийства двух и более лиц общеопасным способом, организованной группой, сопряженного с бандитизмом, неоднократно.

Незаконные действия с оружием Атгириева, Алхазурова и Гайсумова мной квалифицированы по ч. 1 ст. 222 Уголовного кодекса Российской Федерации. Я мотивировал это тем, что действовавшая в 1996 году ст. 218 УК РСФСР не содержала таких квалифицирующих признаков, как «неоднократность» и «организованная группа». Не могли быть квалифицированы их действия по этой статье еще и потому, что санкция ее тогда была более суровой.

Теперь по поводу наказания подсудимых. Следует учесть не только тяжесть совершенных ими преступлений, количество жертв, цели и мотивы преступной деятельности, но и характеристику самих подсудимых.

Радуев весь процесс страстно желал быть в фокусе общественного внимания. Два раза он даже обижался на средства массовой информации. Да, тщеславие у него непомерное. Точно подметила одна газета: «Ему, как Бонапарту, нужен был свой Тулон». Вот он его и получил, покрыв себя позором и бесчестьем, презрением всех людей, которым дороги идеалы чести, добра и справедливости.

Радуев неоднократно признавался, что он глубоко верующий человек. Однако вера его лжива, лицемерна и фальшива, а его следование наставлениям Корана вызывало по меньшей мере только удивление. Все им извращено и выглядело явно недостойным праведника.

«Совершай молитву, — сказано в Коране, — делай добро и не делай зла…» (сура 15, глава 31). Но у Радуева все наоборот.

«И не убивайте человека, как запретил это Аллах» (сура 35, глава 17).

А сколько жизней на черной совести Радуева?

Я привел лишь несколько строк из Корана, чтобы напомнить людям, а также самим подсудимым и прежде всего Радуеву, что вера, религия призваны гасить огонь взаимоистребления и слепой ненависти к другому человеку. И если ваххабиты, боевики и экстремисты всех мастей сейчас призывают к истреблению других народов, то это как раз противоречит наставлениям пророка Мухаммеда: жить в мире с другими людьми.

Не отличался человеколюбием не только Радуев. Атгириев, Алхазуров, Гайсумов — тоже. Нет, они не раскаялись. Не выразили, хотя бы малейшего, сожаления по поводу содеянного. Это свидетельствовало об их исключительной общественной опасности, об их жестокости.

Подсудимые виновны по всем законам — Божеским и человеческим. За то горе и страдания, которые они причинили людям, все они заслуживают самого сурового наказания. Мы не можем не учитывать роль каждого из них в совершенных преступлениях. Но у закона свой счет — годами.

При том следовало иметь в виду, что за деяния, совершенные до вступления в силу нового УК, лишение свободы не могло быть назначено свыше 15 лет. Таковы требования закона, которыми мы, в отличие от сидящих на скамье подсудимых, не могли пренебречь.

Я предложил определить Радуеву по ранее названным статьям с соответствующими пунктами и частями наказание в виде лишения свободы.

А именно: по ст. ст. 102, 191-2, 126-1, 125-1, ст. 218-1 УК РСФСР, ч. 1 ст. 209, ч. 2 ст. 205, ч. 3 ст. 205, УК России — 15 лет по каждой, то есть максимальное. Он этого вполне заслужил.

По ч. 4 ст. 17 и ч. 2 ст. 15, ст. 102 УК РСФСР, поскольку речь шла об организации покушения на убийство и наказание в виде лишения свободы не может быть назначено свыше трех четвертей установленной санкции, просил определить 11 лет.

По ч. 3 ст. 222 Уголовного кодекса Российской Федерации — 8 лет; по ч. 3 ст. 33 и ч. 3 ст. 205 Уголовного кодекса Российской Федерации — 20 лет.

Я знал и об этом уже говорил ранее, что народы Дагестана, России в целом, давно уже приговорили Радуева к смертной казни. По человечески… это более чем понятно. Но в соответствии с Постановлением Конституционного суда Российской Федерации от 2 февраля 1999 года возможность применения смертной казни в настоящее время приостановлена. Поэтому и я, как государственный обвинитель, не был вправе требовать ее назначение.