И я искал Денну, надеясь дать самые важные объяснения из всех, но мои поиски, как всегда, были безуспешны.

В конце концов я нашел Денну — как у меня всегда получалось, по чистой случайности.

Я торопливо шел по улице, занятый кучей разнообразных мыслей, и, повернув за угол, остановился как вкопанный: я чуть не налетел на нее.

Полсекунды мы оба просто стояли, ошеломленные и потерявшие дар речи. Хотя я искал ее лицо в каждой тени, в каждом окне кареты многие дни, встреча поразила меня. Я помнил форму ее глаз, но не очарование, их темноту, но не глубину. И теперь близость Денны вытеснила воздух из моей груди, как будто я внезапно оказался глубоко под водой.

Долгими часами я обдумывал, как должна пройти наша встреча, — я проиграл эту сцену в мозгу тысячу раз. Я боялся, что Денна будет отчужденной, молчаливой и обиженно замкнутой. Я опасался, что она заплачет, или накинется на меня с бранью, или просто отвернется и уйдет.

Денна одарила меня восторженной улыбкой.

— Квоут! — Она схватила мою руку и сжала ее в ладонях. — Я скучала по тебе. Где ты был?

От облегчения на меня навалилась слабость.

— Да ты знаешь, и там и сям. — Я рассеянно помахал рукой. — Везде.

— Ты намедни оставил меня на мели, — сказала она с насмешливо-серьезным видом. — Я ждала и ждала, но прилив не пришел.

Я уже собрался объяснить ей все, но тут Денна указала на мужчину рядом с собой.

— Простите мою грубость. Квоут, это Лентарен. Лентарен, это Квоут.

Лентарен был высокий и поджарый; прилично мускулистый, прилично одетый и прилично воспитанный; с линией подбородка, которой гордился бы каменотес, и ровными белыми зубами. Он выглядел как прекрасный принц из сказки и прямо-таки вонял деньгами.

Он улыбнулся непринужденно и дружелюбно.

— Приятно познакомиться, Квоут, — сказал он с изящным полупоклоном.

Я вернул поклон на чистом рефлексе, блеснув своей самой очаровательной улыбкой.

— К вашим услугам, Лентарен.

Я снова повернулся к Денне.

— Нам обязательно надо пообедать в ближайшие дни, — жизнерадостно заявил я, чуть заметным изгибом брови спрашивая: «Это мастер Ясень?» — У меня есть для тебя парочка интересных историй.

— Непременно. — Она чуть качнула головой, отвечая мне: «Нет». — Ты ушел раньше, чем закончилась предыдущая. Я ужасно огорчилась, что пропустила финал. Прямо чуть с ума не сошла.

— О, там вышло то же самое, что уже ты слышала тысячу раз, — сказал я. — Прекрасный принц убивает дракона, но теряет сокровище и девушку.

— Ах, какая трагедия, — опустила глаза Денна. — Не тот конец, на который я надеялась, но не худший, чем ожидала.

— Если бы на этом все кончилось, это действительно была бы трагедия, — согласился я. — Но на самом деле все зависит от того, как смотреть. Я предпочитаю думать, что эту историю ждет увлекательное продолжение.

Мимо прокатилась карета, и Лентарен отступил с дороги, случайно задев Денну. Она рефлекторно ухватилась за его руку.

— Обычно я не ввязываюсь в истории с продолжениями, — сказала она. На мгновение ее лицо стало серьезным и непроницаемым, но потом она пожала плечами и одарила меня тенью кривой улыбки. — Но я уже изменяла этому принципу раньше. Может быть, ты убедишь меня сделать это еще раз.

Я указал на футляр за своим плечом.

— Я играю у Анкера почти каждый вечер, так что заглядывай, если что…

— Загляну. — Денна вздохнула и посмотрела на Лентарена. — Мы уже опаздываем?

Он сощурил глаз на солнце и кивнул.

— Опаздываем. Но мы еще можем их догнать, если поторопимся.

Она снова повернулась ко мне.

— Извини, у нас встреча: катаемся на лошадях.

— О, тогда я не стану вас задерживать, — сказал я, изящно отступая с пути.

Мы с Лентареном вежливо кивнули друг другу.

— Я скоро найду тебя, — сказала Денна, повернувшись ко мне, когда они проходили мимо.

— Иди же. — Я кивнул в ту сторону, куда они направлялись. — Не позволяй мне тебя задержать.

Я смотрел, как они уходят по мощеным улочкам Имре. Вместе.

Вил и Сим уже ждали меня во дворике перед «Эолианом», заняв скамейку с видом на фонтан. Вода посверкивала на скульптурных нимфах, бегущих от сатира.

Я поставил футляр с лютней у скамейки и рассеянно откинул крышку, подумав, что моей лютне, наверное, хочется погреть струны на солнце. Если вы не музыкант, вам этого не понять.