Сфина они увидели сразу. Тасконец расположился возле ворот и руководил погрузочными работами.

Внутри базы стояли три порожних грузовика. Крепкие мужчины таскали из склада тяжелые мешки и коробки. Заметив друзей, морсвилец двинулся к ним навстречу.

— Ты не жалеешь своих людей, — тихо проговорил Тино.

— Так только кажется, — улыбнулся толстяк, вытирая пот со лба. — Я и сам часто помогаю грузчикам. Мы единая семья. И они это знают. Фактически, конечно, хозяин я, но, поверьте, парни зарабатывают очень неплохо по здешним меркам. За последние два года от меня не ушел ни один человек. Хотя, признаюсь честно, пару шпионов удалось выловить.

— Всюду война, — философски заметил японец.

— Мы уходим, — вставил Олесь. — Либо нас прикончат, либо группа покинет город. Через несколько декад отряд вернется сюда. И тогда понадобится твоя помощь. Не забывай об обещании.

— Я буду постоянно в Фолсе, — спокойно сказал оливиец. — В крайнем случае здесь останется Ласк. Ему можно доверять, как мне. Он получит соответствующие инструкции.

— Отлично! — возбужденно произнес Стюарт. — А теперь в «Прибой». Оливеру уже давно пора заплатить по счетам.

Земляне покинули базу и, не спеша, двинулись на запад. Сириус находился точно на линии горизонта, а потому сумерки еще не наступили. Тем не менее, на улицах было довольно оживленно. После тяжелого трудового дня тасконцы жаждали отдыха и развлечений. Среди прохожих попадалось немало десантников. К счастью, трое бродяг их совершенно не интересовали. Разведчиков нещадно толкали локтями и плечами. Они чужие, здесь им не место.

Дважды, замечая впереди патруль, группа уходила в боковые переулки и долго пережидала опасность. Этот квартал не для людей, оказавшихся на обочине жизни.

Хорошо одетые фолсцы, обеспеченные аланские колонисты и всегда имеющие в кармане деньги наемники. Ценой огромных усилий воины добрались до ресторана без серьезных неприятностей.

Внешний вид заведения оказался на удивление неброским. Трехэтажное прямоугольное здание со множеством маленьких тускло освещенных окон. На наличие в доме гостиницы указывала лишь яркая вывеска и внушительных размеров охранник у двери. К такому повороту событий земляне были не готовы. Стоит оливийцу поднять шум, и бродяг тотчас схватят. Полиции и солдат на улицах больше, чем достаточно. Прежде, чем Аято успел высказать свои опасения, русич решительно вымолвил:

— Попытаемся его подкупить. Если не удастся, Тино останется с парнем у входа. Думаю, клинок в боку успокоит тасконца.

Японец недовольно покачал головой, но промолчал. Он уже понял, что остановить товарища не сумеет. Значит, надо попытаться уберечь Олеся от опрометчивых поступков. Пока Храбров действовал рискованно, но вполне разумно.

Группа дождалась наступления сумерек и уверенно направилась к «Прибою». Поток посетителей заметно спал, и потому воины рассчитывали проникнуть в заведение без больших помех.

Разведчики прошли мимо охранника, словно его и не существовало. Возле самой двери оливиец вдруг ожил и грозно выкрикнул:

— Эй, вы куда претесь! Здесь милостыню не подают.

— Она нам не нужна, — спокойно ответил русич. — Мы хотим выпить вина и немного отдохнуть после дальней дороги.

— Вы выбрали неудачное место, — грубо отреагировал тасконец. — Это солидное заведение, и бродяг здесь не обслуживают. Богатым посетителям будет неприятно видеть ваши уродливые рожи. Проваливайте отсюда!

Предлагать деньги подобному хаму не имело смысла. Он считал себя цивилизованным человеком, а всех остальных обитателей материка — варварами и попрошайками. Относился к ним охранник соответственно. Полное пренебрежение и надменное высокомерие.

Олесь кивнул головой самураю, и тот осторожно зашел за спину оливийца.

Маневр Аято остался незамеченным. Тасконец даже предположить не мог, что нищие представляют какую-то опасность.

Только когда острие кинжала коснулось лопаток, охранник вздрогнул. Его глаза удивленно расширились. Бедняга абсолютно ничего не понимал.

— Слушай меня внимательно, — твердо сказал Храбров. — Если сделаешь хоть одно неверное движение, издашь хоть один звук, мой товарищ тут же отправит тебя на тот свет. И поверь, рука у него не дрогнет. Умрешь быстро, не мучаясь. Мы не хотим убивать невинных людей, так что не рискуй напрасно жизнью. Ты понял?

— Да, — испуганно выдохнул оливиец. — Я буду нем, как рыба.

— Так-то лучше, — презрительно усмехнулся Стюарт. Воины открыли дверь и вошли внутрь. Они попали в небольшое, хорошо освещенное помещение. Из него наверх вели в разные стороны две широкие, покрытые дорогими коврами лестницы.