После того как исчезли виртуальные проекции остальных, Гири с серьезным лицом повернулся к командору Кресиде.

— После атаки на Синдикат вы окажетесь далеко от флота. Возможно, где-то на расстоянии светового часа. Это значит, что если вы попадете в беду, я этого не увижу в течение часа. Я верю в то, что вы будете сражаться с умом, командор. Займите Синдикат, отвлеките его внимание на себя, но не позволяйте себя подстрелить. Вы можете отступить, когда это действительно необходимо?

Кресида некоторое время раздумывала над ответом, потом кивнула.

— Да, сэр.

— Вы нужны мне живые в бою, а не гордые в могиле.

Она улыбнулась.

— Сэр, вы продемонстрировали, что мы можем быть гордыми, живыми и готовыми к бою. Я до сих пор не могу понять, как вам удалось разбить Синдикат на Калибане.

Гири улыбнулся в ответ.

— Хорошо поработайте на Сенсире, и я дам вам несколько персональных уроков.

— Договорились, сэр. — Они оба встали, и Кресида отсалютовала. Похоже, она тренировалась. Гири не сказал ей о том, что на флоте отдавали честь более небрежно, и от этого она напоминала пехотинца. Возможно, её научила этому полковник Карабали. Гири знал, что пехота получала немалое удовольствие от его попыток вернуть обычай отдавать честь во флот.

После того как Кресида ушла, он снова уселся в кресло, глядя на проекцию ворот гиперсети на дисплее. До этого момента ему и в голову не приходило, что ворота могут быть потенциально опасны. Очень опасны.

Потенциально они являются самым опасным оружием, созданным человечеством.

И у него не было выбора. Он приведет свой флот к воротам гиперсети у Сенсира.

Сигнал переговорного устройства окончательно вывел Гири из забытья. Он повернулся и включил связь, опасаясь услышать о том, что из флота ушло еще несколько кораблей.

— Капитан Гири. — Командор Кресида была одновременно возбуждена и взволнована. — Я тут размышляла. Странная концепция. Но учитывая то, что матрица гиперсети расположена между столькими ограничителями, возможно, она отреагирует как сеть или цепь, то есть результат распада будет зависеть от того, какие именно ограничители будут уничтожены.

Гири постарался понять её теорию, благо аналогия, предложенная Кресидой, была несложной.

— Что это значит для нас?

— Ну, сэр, если то, как именно распадется матрица, повлияет на количество высвободившейся энергии, а это должно иметь значение; если то, как именно распадется матрица, зависит от того, в каком порядке будут разрушены ограничители, тогда теоретически возможно использовать выборочное уничтожение ограничителей, чтобы проконтролировать количество энергии.

— Что-то вроде ядерного оружия с выборочной отдачей?

— В какой-то мере, только физический процесс и теории, его объясняющие, — другие.

— Что вам потребуется, чтобы доказать эту теорию? — спросил Гири. — Вы сможете получить ответ, который можно применить на практике?

— Возможно, — виновато пожала плечами Кресида. — Мне потребуется приоритетный доступ ко всей сети флота, сэр.

— Ко всей? — Мощность компьютеров в сети была за рамками того, что Гири мог себе представить. Однако это давало представление о сложности задачи, которую пыталась решить Кресида. — Хорошо. Она в вашем распоряжении.

Когда связь прервалась, Гири некоторое время сидел, раздумывая о том, действительно ли ему хотелось, чтобы Кресида добилась успеха. Но если она была права, ему необходимо было знать.

Все боевые симуляторы, которые Гири прорабатывал, пока флот двигался к точке прыжка к Сенсиру, прошли хорошо. Однако на конференции Гири осознал, что отсутствие таких офицеров, как Ньюмос и Фареза, скорее раздражало, чем радовало. Их отсутствие только напоминало о том, что сорок кораблей ушло в никуда, навстречу судьбе, которую, к сожалению, было слишком легко предсказать. То, как многие командиры оглядывались в поисках знакомых лиц, делало очевидным, что они тоже не могли забыть об отсутствии товарищей.

Стоило попытаться отвлечь их от этого.

— Все получили и ввели модифицированные установки для прыжка к Сенсиру?

Все сидящие за столом офицеры кивнули, но их беспокойство по этому поводу было совершенно очевидно. Он знал, чего они боялись. Воевать с себе подобными — одно дело, а вот оказаться слишком глубоко в странном пространства прыжка — совсем другое. Те корабли, которые прыгнули слишком далеко, так и не вернулись. Однако от некоторых офицеров он слышал истории о давно потерянных кораблях, которые внезапно появлялись в одиноких звездных системах. Их команды либо были умерщвлены каким-то ужасным способом, либо изменены пространством прыжка в нечто нечеловеческое, не совсем живое, но и неспособное умереть. Он слышал эти истории в барах и во время ночного дозора, когда пустынные коридоры знакомого корабля казались зловещими. Гири было интересно, существовали ли еще новые версии старых дешевых ужастиков о пространстве прыжка.

— Я вас уверяю, — с нажимом сказал Гири, — что установки сработают. Я лично несколько раз совершал прыжки на такое расстояние. — Однако это не успокоило присутствующих настолько, насколько на это надеялся Гири. — Вы не обязаны верить мне на слово. Если вы просмотрите базу данных флота, то найдете касающиеся этого записи. Я могу показать вам ссылки. — Иначе отчеты затерялись бы в ворохе информации. Гири и сам-то смог найти их только потому, что точно знал, что искать, так как он сам был на участвовавших в этом кораблях. Иногда Гири задумывался о том, сколько знаний человечество навсегда похоронило в бесконечном потоке информации, стремясь сохранить все, что только возможно. В давние времена информация терялась потому, что не было копий. Теперь копий слишком много, и найти определенную информацию труднее, чем иголку в стоге села, даже если знать, где искать.