Шрифт:
– Я понимаю, Никишин много знал, – размышлял вслух Фокин. – Но почему она не убила его раньше? У нее же было время...
– А ты не понял? Белла знала, что мы к нему придем. Знала, что мы узнаем про квартиру в Бирюлеве.
– Зачем Белла заминировала квартиру?
– Чтобы покончить с нами.
– Правильно. Тогда почему она не убила меня сейчас? Она же могла убить меня...
– Действительно, она могла тебя убить... Может, она просто тебя не узнала?
– Как это она могла меня не узнать!
– А ты бы посмотрел на себя со стороны, когда выскакивал из машины. Родная мать бы тебя не узнала. Да и бежал ты к ней очень быстро...
– А машина? Машину-то она должна была узнать.
– А свет фар? Ее слепил свет фар.
– Ну да, я же дальний врубил... Но ведь она все равно могла меня убить. Как случайного прохожего...
– Кстати, когда она проезжала мимо, она могла узнать твою машину.
– И что?
– Могла вернуться...
Лариса почему-то решила, что Фокин растеряется. Но вместо того, чтобы закрыть дверь в квартиру, он вытащил пистолет, поставил его на боевой взвод. У нее самой оружия не было, но это не помешало ей отправиться вслед за ним.
Вместе они обследовали подъезд, осмотрели двор, осторожно подошли к «шестерке». Нигде никого. И тишина.
– А ведь испугались, – облегченно вздохнул Фокин. – Беллу испугались...
– Наклонись и посмотри, нет ли под машиной фугаса.
Фокин осмотрел машину от колес до кончика антенны на крыше.
– Чисто... Что ни говори, а Белла начинает действовать мне на нервы.
– А я?
– Ты?! Ты временами... Кстати, как Белла узнала, что мы у нее в бирюлевской квартире побывали?
– Что, если Белле бабушка божий одуванчик позвонила? Кто его знает, может, Белла не только ключ ей оставила, но и номер телефона. И вообще, с какой это стати она ключ ей оставила?
– Знаешь что, давай не будем ломать голову и в Бирюлево сгоняем. Сейчас дежурная часть подтянется, и поедем...
Они дождались, когда подъедет милиция. Объяснили, кого подозревают в убийстве. Оперативникам из местного ОВД досталась рутинная работа по осмотру места происшествия. А Лариса вместе с Фокиным отправились в Бирюлево.
Старушка мучилась бессонницей. Поэтому будить ее не пришлось. И дверь она открыла почти сразу.
– Извините, что побеспокоили, – повинился Фокин. И тут же нахраписто спросил: – Белла не звонила?
– Не звонила.
– А вы сами ей звонили?
– Звонила, – в порыве общественно-политической сознательности кивнула бабуля.
– Когда?
– Да как только вы в квартиру вошли, так и позвонила. Между прочим, за гранату ее отругала.
– Тут не ругать, тут к стенке ставить надо, по законам военного времени...
– Да, да, я тоже так думаю.
– Тогда назовите номер телефона, по которому вы звонили.
Старушка упрямиться не стала. Фокин позвонил на названный номер с ее телефона. Длинные гудки.
– Не отвечает, – тихо сказал Фокин. – Думает, что бабулька ей звонит... Ладно, нам главное за номер зацепиться...
Лариса уже ни за что не хотела цепляться. Четвертый час ночи. Голова тяжелая, глаза слипаются. В машину она садилась никакая.
– Фокин, я хочу спать! – требовательно заявила она. – Отвези меня...
– Домой?
– Да, можно ко мне домой. Но у меня всего лишь одна комната. Поехали лучше к тебе. У тебя комната плюс кухня. Если на кухне тараканы, будешь спать в ванной...
– А если в ванной тараканы?
– Тогда... Тогда мы едем к Игнатову! – неожиданно решила она.
– К Игнатову?! – опешил Фокин. – Зачем?
– У него дом большой. К тому же он за меня переживает. Представляешь, цветы мне в госпиталь повез, а меня там нет...
– Что, соскучилась? – в голосе Стаса прорезались нотки ревности.
– А что, не имею права?.. Да, Фокин, у меня к нему интерес. Жаль, что всего лишь профессиональный. Поехали к нему сейчас. Потому что завтра нам все равно к нему ехать...
– Зачем?
– Стас, да ты и сам уже спишь. На ходу... Ты же сам говорил, что Белла клеилась к Игнатову. Может, он знает что-то про нее. Может, он квартиру и дом помог продать. А может, деньги за границу перевел...
– А может, Белла сейчас у него!
Эта фантастическая гипотеза полностью реабилитировала Фокина. Лариса глянула на него другими глазами. Глазами, в которых не было сна.