На сцену с потолка спустилась лебедка с креслом, похожим на трон.

– Присаживайтесь. Вы не боитесь высоты, Катя?

– Я альпинистка.

– Правда? Тем лучше.

Катя присела на трон, на котором, по моему мнению, она смотрелась очень органично. Иллюзионист накрыл ее блестящей материей, оставив свободными только кисти рук.

Затем ассистентки вынесли две длинные веревки и завязали их на запястьях моей любимой. Я почувствовал некоторое беспокойство. Что он с ней собирается делать?

– Вадим, Виталий… Держите концы этих веревок, чтобы наша прекрасная Екатерина не могла убежать.

Заиграла зловещая музыка, и свет стал более приглушенным. Иллюзионист обошел трон вокруг, снова оказался перед Катей и, стоя спиной к зрительному залу, стал делать руками магические пассы.

Трон с Катей медленно пополз вверх, опасно покачиваясь на тонких металлических тросиках. Выше, выше… Веревки в руках Вадима и Виталия вытянулись почти на всю длину. Я заерзал на своем кресле – не дай бог оборвется… О чем я думал, когда отпустил ее на сцену? Страховки-то никакой ей не прицепили!

Луч прожектора уперся в покрывало, и я, как и весь зрительный зал, с волнением наблюдал за ним, не сразу заметив, что фокусник куда-то пропал со сцены.

Из динамиков ударила барабанная дробь.

– Вы готовы? – из ниоткуда вопросил голос иллюзиониста.

– Да!!! – выдохнул зал, замерев в предвкушении необычного.

– Абракадабра!

Покрывало слетело с трона, и все увидели, что веревки, которые два вызванных из зала зрителя ни на секунду не выпускали из рук, завязаны на руках… довольно усмехающегося иллюзиониста!

Прожектор, лучом гиперболоида разрезав темноту, уперся в средний проход между рядами, посреди которого стояла моя Катя.

Я первым захлопал в ладоши, а через секунду иллюзионисту рукоплескал весь зал.

– Браво!

– Браво!!!

Катя уверенно, словно всю жизнь выступала на сцене, поклонилась зрителям и сделала изящный реверанс. Затем прошла к первому ряду и присела на свое место. Раскрасневшаяся и довольная.

Иллюзионист спустился на сцену, поблагодарил мужчин, которые, все еще находясь в шоковом состоянии, держали веревки, пожал им руки и отпустил их в зал.

– Как ты там оказалась? – первым делом спросил я.

– Магия! – засмеялась Катя.

Видимо, на моем лице появилось обидчивое выражение, потому что в следующую секунду Катя поцеловала меня и сказала на ухо:

– Я тебе потом расскажу.

– Простите, – обратился вдруг Данила к уже усевшемуся на свое место Вадиму. – Вы не подскажете, который час? Я хотел бы узнать, сколько еще до конца моего выступления.

Парень закатал рукав рубашки, несколько секунд смотрел на пустое запястье, а потом сказал:

– Я часы дома забыл.

Тогда иллюзионист обратился ко второму мужчине:

– Виталий, может, вы тогда скажете, который час?

Мужик посмотрел на пустую руку и пожал плечами, мол, кто его знает? Тут до меня дошло, что фокусник неспроста задавал им этот вопрос. Данила снял у них часы, когда тряс на прощание руки после окончания номера с исчезновением! Ну дает! Но это ж надо так запудрить мозги, чтобы люди даже не помнили, с чем они пришли в театр.

Тут иллюзионист закатал рукав, и все увидели, что у него, кроме своего хронометра, на запястье висят часы незадачливых ассистентов. В зале послышался смех. Но тут мужик радостно улыбнулся и, ткнув пальцем в сторону иллюзиониста, объявил:

– О! У меня дома такие же!

Зал зашелся в истерике. Если бы этого мужика не было, его следовало бы придумать. Гениально!

А шоу тем временем продолжалось. На сцене появился большой белый экран. Данила присел за маленький столик, и через несколько секунд зрители наслаждались карточными трюками, передаваемыми на экран посредством кинокамеры.

Как оказалось, то, что я видел тогда в самолете, когда незаметно наблюдал за неизвестным мне тогда парнем с колодой в руке, было просто ерундой по сравнению с тем, что происходило сейчас перед моими глазами.

На миг меня посетила глупая мысль, что Меджиславский попусту разбазаривает свой талант. С его-то руками такие вещи можно делать… Но я тут же себя осадил. А что, собственно, делать? Ездить поездами дальнего следования, раскручивая командировочных лохов на игру? Мотаться в сезон по курортам? Лазить по катранам (которых сейчас уже практически и нет)? Отмораживать зимой по скверикам руки, пытаясь игрой заработать на жизнь? Или кататься в городском транспорте, надеясь в толкучке незаметно вытащить у рабоче-крестьянских пассажиров их зарплату? Глупость какая! Зачем ему это?