– Дружище, а где подарки?

Если бы вы знали, чего мне стоила эта улыбка!

– Так это самое… – он пожал плечами и замолчал, продолжая выкидывать коленца.

– Ну?

– Батя в машину отнес. А что?

– Понимаешь, я когда вам подарок паковал, уронил обручальное кольцо в коробку.

Для убедительности я показал ему руку. Он посмотрел. Кольца действительно не было. Да и откуда ему там взяться, если я не женат?

– Может, потом? – неуверенно спросил он, но я с сожалением покачал головой.

– Сейчас. Непременно сейчас. А то я всю свадьбу переживать буду. Подарок от бабушки, как-никак. Семейное наследие, реликвия и все такое.

– Хорошо, сейчас я принесу.

– Давай я лучше с тобой пойду.

Нетрезвой походкой (когда успел набраться-то? Парень, у тебя еще брачная ночь впереди!) жених направился к выходу. Мы подошли к машине. Порывшись в карманах, жених достал ключ и открыл багажник. Через минуту коробка была в моих руках.

– Я сейчас приду… э… дружище! А ты иди к гостям, ты же у нас сегодня самый главный!

Я улыбнулся ему доброй улыбкой и подтолкнул в сторону ресторана. Подождав, пока за ним закроется дверь, я махнул своим телохранителям:

– Поехали.

Сев на заднее сиденье, я положил коробку рядом и задумался. Ехать в другой город с кучей ворованных драгоценностей я не планировал. Полюбоваться ими я всегда успею.

– Давай в центр.

Парень за рулем с непонимающим видом оглянулся:

– Куда именно?

Я назвал улицу, на которой располагался банк с арендованной мной несколькими днями ранее ячейкой.

Вышел я из машины за квартал до банка, чтобы парни не видели, куда я направляюсь. Привычка – вторая натура. Перестраховаться никогда не помешает.

– Значит, так, – сказал я. – Встречаемся на Крещатике возле Главпочтамта ровно через час.

Они переглянулись, но ничего не сказали. Подождав, пока немецкий седан скроется за поворотом, я направился к банку. Только оставив в ячейке свою коробку и выйдя на улицу, я смог облегченно вздохнуть. У табачного киоска я остановился, чтобы купить сигарет и коробок спичек.

Все позади. Операция прошла успешно, жертв и разрушений (если не считать замаскированной дыры в квартире) нет. Теперь золото будет спокойно дожидаться своего часа. Через месяц-второй шумиха вокруг этого дела утихнет, милиция будет загружена новыми делами, а я, вернувшись в Киев, возьму некоторую часть украденных (чисто, прошу заметить) драгоценностей и начну потихоньку их реализовывать. Спешить мне некуда, спешка теперь ни к чему. Вытащив из мобильника № 2 ненужную теперь карточку, я сжал ее пальцами и выкинул в мусорную урну, уничтожив последний призрачный шанс, что Катя вдруг перезвонит. Не перезвонит.

Погода стояла прекрасная, и я решил прогуляться по Крещатику. До приезда пацанов Антона было еще двадцать минут. Да, нужно будет заехать на вокзал за вещами. А потом поедем домой. Билеты на поезд уже не нужны.

Вспомнив пережитую час назад безумную ситуацию, когда я решил, что меня вычислили, я нервно засмеялся. Идущая навстречу девушка посмотрела на меня, как на сумасшедшего. Я подмигнул ей в ответ, чем только ускорил ее шаг. Вытащив из кармана мобильник с обычным номером, я набрал телефон Антона. Мобила недовольно пикнула в ответ, и экран погас – села батарея. Но мне по-прежнему хотелось рассказать Антону, как я чуть не приложил совком по голове его посланца. Я зашел на переговорный пункт.

Закрыв за собой дверь кабинки, набрал код Львова и номер телефона своего боевого товарища. Механический голос сообщил мне, что на данный момент абонент недоступен, и я повесил трубку. Ну ладно, расскажу, когда приеду. За бокалом коньяка и хорошей сигарой, которую я, вне всякого сомнения, заслужил. Слава богу, все позади. Я открыл дверь кабинки и застыл.

Прямо передо мной стоял здоровый тип в черной кожанке. Но застыть меня заставил не его тяжелый взгляд из-под развитых мысленными упражнениями надбровных дуг. Я и сам умею так смотреть, если надо. Просто в правой руке он держал здоровенный пистолет, дуло которого упиралось в мой живот.

– Не дергайся, – прошипел он.

Я поднял руки. Дергаться в такой ситуации было бы глупо.

– Двигай на улицу. – Здоровяк мотнул короткостриженой шишковидной башкой в сторону выхода. – И без глупостей. Будешь брыкаться – завалю.

Разве можно отказаться от столь любезного предложения? Я вышел из кабинки и заметил еще двух амбалов, сверливших меня взглядом. В голове был полный бардак. Какого хрена им надо?!