По лицу Конни скользнула глупая ухмылка.

— Я этого не отрицаю.

— Тогда, будь добр, появись здесь через пятнадцать минут, — процедила я.

Конни стоял и продолжал разглядывать меня. Его взгляд скользнул по моей руке, которой я придерживала халат на груди. Ах он мелкий извращенец!

Не в силах сдерживать свое негодование, я злобно оскалилась на Конни и выпустила когти. Он, удивленный моим мгновенным преображением, отшатнулся назад, прикрывая глаза.

— Все, все! Не смотрю! Только не злись! — с этими словами он закрыл дверь.

Облегченно выдохнула и завязала поясок и вернулась к своим прежним переживаниям. Как я теперь избавлюсь от этой причеки? Такую длину просто так не перекрасишь! Как я вернулась, так до сих пор не удосужилась подстричь волосы. Хорошо хоть, что теперь они прямые, а не кудрявые. Правда, когда они распрямились, выяснилось, что, помимо смены структуры и цвета волос, изменилась еще и длина. Сотрудники ВБК с трепетным отношением к почившей Габриэль могут теперь поголовно обратиться к психоаналитикам, если увидят меня. До того мы стали похожи. И действительно, Молех — аномальная зона. Здесь иномирцы оказываются до противного похожими на умерших людей. И нелюдей тоже.

С поразительной для себя скоростью оделась и уставилась на себя в зеркало. Не подумайте, что я женское воплощение Нарцисса, нет. Просто мне в голову как всегда пришла сумасшедшая мысль. Я разделила длинную челку пополам и закрепила её косичкой сзади. Остальные волосы также разделила на две равные части и положила на плечи. Вот это я понимаю, сила убеждения и расчески. Теперь на меня смотрела самая что ни на есть Габриэль. Если уж сходить с ума, то с достоинтсвом. Села на против зеркала в кресло, благо оно стояло рядом, в такую же позу, как и Габриэль на портрете и попыталась придать выражению своего лица вид мудрой эльфийки. Почти получилось, только глупая улыбочка все время просилась наружу. Похожи мы сейчас были как абсолютно одинкавые капли воды, но что-то в нас было разительно разное. И как я сразу не догадалась — глаза! У Габриэль были голубые глаза мудрого человека, а у меня пока еще поблескавило в зелене глаз детство. Именно это делало из эльфийки ангела во плоти, а из меня демонессу-недоросля. Поразительно, как глаза различают людей.

Кто-то постучал в дверь. Я великодушно сказала: «Можно», и в комнату решительно вошел Макс. Видимо, он с порога хотел что-то сообщить, но увидев меня, замер.

— Макс, ты что, не узнал меня? — улыбнулась я, как показалось, ехидно.

Он подозрительно сощурил глаза.

— Габриэль? — неуверенно сказал он.

Ну вот, я же говорила! Все примут меня за неё теперь. Улыбка сразу улетучилась с моих губ и радость исчезла с лица, настроение упало ниже плинтуса и грозилось прибить кого-нибудь этажом ниже, внезапно упав на голову. Почему Габриэль? Макс, неужели тебе так сложно узнать меня?

— Ты — безнадежно больной, — злобно буркнула я, встала с кресла и подошла к окну, рассматривать низко висящие тучи. — Неужели нас можно спутать? Мы же такие разные.

— Аня? — также неуверенно спросил Макс. У него что, сегодня одна интонация в голосе заложена? Так и будет угадывать, кто перед ним стоит. — Это действительно ты?

Я невольно дернула плечом.

— А ты еще сомневаешься, — фыркунула я.

— Значит, ты, — задумчиво повторил Макс сам себе.

Я резко развернулась и подошла к нему.

— Я, я, я, и еще раз я! Очнись, Макс! Ты в настоящем, а не в прошлом! Габриэль уже давно нет с нами, смирись! Есть я, Аня Петрова, всего лишь покусанный вампиром человек, а не эльф! Имею звание лейтенанта, и состою, между прочим, в вашей команде! Когда ты меня заметишь? — уже умоляюще закончила я и только потом поняла, что наговорила ему. Ожидая злобно-ненавидещего взгляда и громко хлопнувшей двери опустила голову, потому что не хочу больше видеть такое лицо Макса.

Но вместо этого Макс протянул ко мне руку, в сантиметре от лица одернул её, боясь прикоснуться.

— Знаешь, на мгновение мне показалось, что я действительно попал в прошлое, — совсем другим голосом сказал он, которого я еще никогда не слышала от Макса. — Как такое возможно? Ты что, перекрасила волосы?

— Нет, дубовая твоя башка, — улыбаясь, сказала я. — Мне Кристоффер подарил «проявитель», помнишь? Вы, наверно, думали, что черный мой натуральный цвет волос? Ан нет, натуральный это белый. И я надеялась, что никто не узнает.

Я подняла голову на Макса и мы встретились взглядами. Он смотрел на меня абсолютно беззлобно, даже дружелюбно. В уголках его губ играла потаенная улыбка. Может я не так безнадежна и когда-нибудь Макс посмотрит на меня не как на напарницу?

И в этот счастливый для меня момент вошел, как всегда, Конни.

— Аня, ты… О, извините, я уже ухожу, — он быстро развернулся, успев подмигнуть Максу, и вышел из комнаты.

Я снова взглянула на Макса. Он смотрел на закрывшуюся дверь своим спокойным холодным взлядом. Ну вот, Конни все испортил, все мечты мои разбил.

— Аня, я хотел сказать, что тебе повезло, отчасти, — начал говорить Макс, сухо, но появились немного иные интонации, уже не так резало по сердцу. — Так как в Молехе находятся некоторые из баз Компании, все представители нечеловеческих расс живут в согласии с законом. Незаконопослушных здесь нет, потому что их бы все равно тут же вычислили. Но именно на нашей практике нашелся такой экземпляр, как раз по нашей части. Это задание тянет на смену квалификации.