– А то что?

– Ничего… Я просто поднимаюсь и ухожу…

– Куда?

– Ухожу. Просто ухожу…

Она в самом деле поднялась из-за стола, направилась к выходу. Но Пыжик грубо ухватил ее за руку, остановил.

– Я не понял, чо за дела? Ты чо, обиделась?..

– Пусти!

– А пошли ко мне! Посидим, поговорим. Ты мне наедине скажешь, как ты ко мне относишься…

– Плохо я к тебе отношусь. Раньше хорошо относилась, а сейчас плохо… Я прошу тебя, отпусти…

– Хорошо относилась?! Так ты и сейчас ко мне хорошо относишься… Я же знаю, ты хочешь, чтобы я с тобой был. Игорек, он, конечно, пацан классный. Но я-то для тебя лучше. Ты сама это знаешь… И мне… И мне ты тоже нужна. Знаешь, как нужна!.. Пошли, я покажу, как ты мне нужна!

Он потянул ее к себе в комнату. Но Настя заупрямилась.

– Пусти! – крикнула она.

И залепила ему пощечину.

– Ну ты и сука! – зло прошипел Пыжик.

И не стал ее бить. Но толкнул. Настя не удержалась на ногах и упала на пол. Высоко задралось платье, обнажились красивые стройные ноги. Возбуждение срывало с Пыжика крышу.

Точно так Настю домогался Вакула. Но тогда в роли карающего меча выступил Пыжик. Сейчас же он сам занимал место подонка…

Пыжик жестоко оскорбил Настю, поднял на нее руку. И некому было заступиться за нее. Не было прежнего Андрея, который когда-то готов был ради нее пойти против всего мира. Но оставался Кирилл.

В этот удар Кирилл вложил всю свою силу. Все произошло так быстро, что Пыжик и понять не успел, как оказался на полу.

Таких, как он, называют людьми с чугунной челюстью. В профессиональном боксе таким бойцам цены нет. Их просто невозможно отправить в нокаут.

Но удар Кирилла обладал чудовищной силой. К тому же он ударил внезапно. Вырубить Пыжика он не смог. Но поплыл тот основательно. Попытался подняться, но не смог удержать равновесие – снова сел на задницу. В глазах растерянность и непонимание. Блуждающий, лишенный точки опоры взгляд…

Кирилл помог подняться. Нет, не ему. А Насте.

– Пошли отсюда!

Он вывел ее из комнаты, помог одеться. По идее, Пыжик уже должен был оклематься и хотя бы попытаться остановить их. Но этого не случилось. Пыжик оставался на месте и не помешал им выйти из дома.

– Куда пойдем? – спросила Настя.

Близость и тепло ее тела приятно щекотали нервы.

– А у тебя правда родителей нет?

– Правда, – кивнула она. – Я вообще удивляюсь, мы столько времени вместе, а вы даже ни разу не пытались узнать, кто я, откуда…

– Как видишь, настал момент истины. Кое-кому это стало интересно. Да так, что крыша задымилась…

– А тебе разве не интересно?..

– Мне ты сама интересна. А кто ты, откуда… Какая мне разница?

– А если я бывшая зэчка?

– Не понял.

– Ну, если я раньше в местах не столь отдаленных сидела…

– А это что, правда? – удивился Кирилл.

– Неправда, – улыбнулась Настя. – Это я в шутку. Смутить тебя хотела…

– Меня трудно смутить.

– Что есть, то есть. Смутить тебя невозможно. Ты, как бы это сказать, твердо…

– Твердолобый?

– Нет, что ты!.. Ты твердокаменный. Выдержка у тебя потрясающая. И характер настоящий, мужской…

– Я не понял, у кого сегодня день рождения? Кто кому должен делать комплименты?.. Я, может, и твердолобый. Но ты-то у меня белая и пушистая…

– У тебя?.. Ты этого хочешь? – смущенно спросила она.

У нее порозовели щеки.

– Хочу ли я, чтобы ты была со мной? Хочу! Я очень этого хочу! Ты даже не представляешь, как я этого хочу!..

– Ну, почему, может, и представляю, – не без кокетства повела она бровью. – Ты у меня хоть и твердокаменный, но я-то знаю, как ты ко мне относишься…

– Ты сказала «у меня»?

– Я у тебя, ты у меня… Ты же этого хочешь.

– Хочу!

– Хочешь – перехочешь… У меня, между прочим, день рождения, а ты лясы точишь. И холодно уже. Погреться бы…

– Надо было ключи от машины забрать, – спохватился Кирилл. – Хотя, ну ее в пень. Знаешь что, деваться нам некуда. Поэтому поехали в гостиницу. В «Пригорье»… Можно даже через ресторан. Даже не можно, а нужно. В конце концов, у тебя день рождения. И надо отметить его достойно…

В «Пригорье» Кирилла знали не с самой лучшей стороны. Один раз он и Пыжик с гвоздевскими ублюдками сцепились. Потом сутенеров побили. Не так давно Пыжик с борцом сцепился, пришлось Кириллу оттаскивать его от жертвы.

Может быть, о нем здесь ходила слава дебошира. Но швейцар на входе почтительно склонил голову. Едва они вошли в зал ресторана, откуда-то, как черт из табакерки, выскочил метрдотель. Не человек, а сама угодливость.

– Игорь Николаевич, добро пожаловать! Что будем заказывать?..