Он закончил разговор, бережно спрятал коммуникатор в сумку и быстрой походкой делового человека вышел из Пассажа в сторону улицы Заньковецкой.

На следующий день Полина явилась в клуб на очередное мероприятие: показ нижнего белья. Среди зрителей находились и представители сильного пола. Как ей шепнули на ушко, это были «друзья клуба». Звуковое сопровождение взяла на себя Милена. Пока девушки прохаживались между стульями в трусиках и лифчиках, она зачитывала в микрофон выдержки из статьи, напечатанной в глянцевом журнале:

— Первое правило ношения одежды: намекай, но не провоцируй. Пара расстегнутых пуговичек на блузке — это ни к чему не обязывающий намек, а вот юбка мини — хорошо спланированная захватническая акция. То же самое относится к рубашкам из марли, брюкам, облегающим, словно вторая кожа, и купальникам бикини леопардовой расцветки. Стоит поискать «золотую» середину…

Полина Кутузова согласно кивала, разглядывая купальники. Сзади она заметила трех женщин в темной одежде.

— А кто это? — спросила она у соседки, загорелой, рыжей, коротко стриженой особы в брючном костюме, таком белом, что ее мускулистые руки казались еще смуглее.

— Где?

— Да вон там, сзади, — кивнула Полина, тряхнув своей роскошной светлой гривой, как из рекламы шампуня.

— Это наши «черные вдовы».

— Почему черные?

Соседка Кутузовой на секунду запнулась.

— Э… Как вам сказать… — Она с сомнением поглядела вокруг и шепнула Полине на ухо: — Пошли покурим.

— А белье? — округлила та свои наивные глазки.

— Белье в каталоге есть. Я тебе после покажу, — непринужденно перешла она на «ты». — Давай в курительную, а то уши пухнут.

В курительной комнате с мягкими креслами, кальянами, среди зеркал и антикварных светильников загорелая атлетка нашептала Полине Кутузовой такую историю. «Черными вдовами» этих теток называют потому, что пауки есть такие. У них, кажется, самки пожирают самцов. «Ой, как страшно! Они пожрали своих самцов?» — спросила Кутузова. «У них мужья умерли один за другим». — «И что?» — «Да ходят всякие слухи…» Кутузова поахала, но было видно, что слушает она невнимательно. Ей хотелось вернуться на демонстрацию нижнего белья.

После показа особо понравившиеся модели можно было сразу купить. Администратор ВИП-клуба и менеджер фирмы, которая устроила показ, принялись разносить женщинам выбранные ими во время шоу образцы. Опоздавшие дамы, не успевшие определиться, столпились в отдельной комнате вокруг товара, прикладывали трусики и лифчики к себе прямо в упаковке, рассчитывались. Стоял веселый щебет.

Полина Кутузова долго перебирала модели, наконец выбрала бюстгальтер «push-up» и самые смелые трусики «string minimum».

— Карточкой можно? — спросила она у менеджера.

— Конечно, — любезно улыбаясь, ответил тот и протянул руку. — Прошу.

Кутузова долго рылась в сумочке, наконец извлекла портмоне с набором пластиковых карт, выудила из него «Master-Card Gold» и наблюдала, как менеджер сует ее в какую-то коробочку. Он возился, возился, затем вернул карточку владелице.

— Простите… — Любезная улыбка его стала слегка напряженной. — Кажется, ваш счет заблокирован. У вас нет другой карты? Или наличных?

— Что? — изумилась Кутузова. — Не может быть! Попробуйте еще.

Ничего не получилось. Менеджер стал еще напряженнее, а блондинка, наоборот, расслабилась, набрала на мобильнике номер и принялась кричать:

— Ты мерзавец! Я себе уже лишнюю тряпку не могу купить?! А ты новый «понтиак» заказал, тварь!

Любопытные женщины обступили красную от злости, возбужденную Полину. И она им громко пожаловалась. Муж, ублюдок такой, заблокировал карту, чтоб она не транжирила деньги. А она разве много тратит?! Только на самое необходимое! Сумочки, туфли, женские тряпочки, салоны красоты… Правда, каждый день. Шопинг помогает ей справиться со стрессом.

— И что теперь делать?! Я убью этого жмота!

С блондинки слетела вся показушная элегантность, и она ругалась, как базарная баба.

На следующий день Полина Кутузова пришла в клуб с плохо припудренным синяком под глазом. «Вот это да!» — подумали некоторые из постоянных посетительниц и посмотрели на Оксану Шпилько: ее покойный муж тоже был любитель руки распускать. Оксана рассказала о новенькой Фаине, они пошептались и принялись за ней наблюдать. Осторожно «прощупали», поговорили немного и выяснили, что ее муж, как и можно было догадаться, мерзавец. «И до чего ж ее история смахивает на наши, просто удивительно!..»