Господи, может, она действительно сошла с ума?

Иногда ей хотелось умолять Гриффа обнять ее и никуда не отпускать. А в следующую минуту она не позволяла никому прикасаться к ней. Ник не могла найти никакой логической причины быстрой смены своего настроения.

Наступил момент, когда Ник села в самолет Пауэлла, который увозил ее подальше от Батон-Руж, в Ноксвилл, вместе с Гриффом, доктором Менг, Сандерсом и Риком Карсоном. Чарлз Дэвид тоже хотел поехать с ней, но Ник настояла, чтобы он возвращался домой, в Сан-Франциско, к нормальной жизни.

– Я буду звонить тебе каждый день, – пообещала она. – Все будет отлично. Грифф позаботится, чтобы у меня было все, что нужно.

Ни она, ни брат не напоминали друг другу о том, что хотя мать и звонила несколько раз, но не приехала в Батон-Руж повидаться с Ник. Ее муж был уверен, что стресс не пойдет ей на пользу.

В самолете Грифф сидел рядом с Ник, однако не пытался навязать ей разговор. Иногда он брал ее за руку или просто подбадривал улыбкой. А пару раз поинтересовался, не нужно ли ей чего-нибудь.

Гриффу так хотелось помочь Ник, облегчить ей жизнь. Если бы только он мог стереть эти последние пять недель из ее памяти! Если бы можно было вернуться назад, в то утро в Вудбридже. Все было бы по-другому.

Но он не мог стереть из памяти Ник воспоминания о ее заключении, так же как не мог забыть свой плен.

Иветта провела их с Сандерсом через годы терапии, открывая их жизни и секреты любимому профессору психологии, доктору Гилберту. Она убедила Сандерса и Гриффа довериться ему. Когда же профессор отошел в мир иной, они остались на ее попечении.

Оглядываясь назад, Грифф понимал, что, восстанавливая картину плена и делясь воспоминаниями с другими, он одновременно работал и на свое выздоровление, и против него. Но в конце концов они сумели стать более сильными и мудрыми. И все же Грифф знал, что полностью не исцелился, хотя прошлое больше не властвует над ним. У них остались непроходящие шрамы. Шрамы останутся и у Ник.

Когда Джонатан посадил самолет, Ник взяла Гриффа за руку.

– Я останусь только на несколько недель, – сказала она, не глядя на него. – Я пройду курс терапии с доктором Менг, а потом все тесты, которыми пожелает испытать меня ФБР. И после этого сразу вернусь к работе. Я выслежу Охотника и поймаю его.

Грифф не знал, позволит ли Дуг Троттер вернуться ей после выздоровления на это задание или же переведет на другое. Но сейчас было не самое подходящее время обсуждать это с Ник.

– Ты можешь оставаться столько, сколько захочешь, – сказал Грифф. – Но мне бы хотелось, чтобы ты осталась навсегда. Или хотя бы на Рождество и Новый год.

Ник посмотрела на него, в ее светло-карих глазах был вопрос.

– Я еще не думала насчет Рождества. Это ведь через несколько недель? А потом Новый год и… – Она закрыла глаза и закусила нижнюю губу. Затем тяжело вздохнула, снова взглянула на Гриффа и мягко произнесла: – Ты не должен чувствовать себя виноватым передо мной. Все будет хорошо.

– Нет, я чувствую не вину. Во мне кипит гнев. Я хочу убить Эверхарта. Я хочу сделать все, чтобы тебе было хорошо. Хочу, чтобы твоя боль ушла. Хочу обеспечить твою безопасность, чтобы впредь, с тобой ничего не случилось.

Ник закрыла глаза и сказала:

– Я побуду у тебя какое-то время. Буду жить в твоем доме и общаться с доктором Менг. Но я надеюсь быстро восстановить форму и вернуться к работе в начале следующего года. Я не позволю Россуолту Эверхарту разрушить мою психику и все, что так важно для меня.

«Это моя Ник. Твердая как скала. Независимая. Непоколебимая».

Но она сама не знает, что ждет ее в будущем. Сумерки опустились на ее душу.

В субботнее утро Сандерс разбудил Гриффа в пять тридцать. Грифф вскочил с бьющимся сердцем, и его первая мысль была о Ник.

– Что случилось? Что-то с Ник?

– Николь в порядке. Насколько я знаю, она спит, – успокоил его Сандерс. – Извини, что разбудил тебя, но звонит Дуглас Троттер. Говорит, что это срочно.

Грифф накинул халат и быстро затянул его поясом.

– Первая линия, – сказал Сандерс.

Грифф подошел к столу, поднял трубку и нажал кнопку.

– Гриффин Пауэлл слушает.

– Меньше получаса назад мне позвонил парень и заявил, что он Охотник, – сказал Троттер.

– Он позвонил тебе?

– Не знаю, как он достал мой номер, да это и не важно. Он использовал меня как мальчика-посыльного.

– В смысле?

– Он оставил на сотовом Николь сообщение и приказал ей, чтобы она всегда носила с собой телефон.