— Господин Лю Шин? Я немного занят, — без особой радости сказал Жозе.

Он отвернулся, и в сотый раз припал к запотевшим окулярам бинокля.

«Надо выкурить этих крыс, — Суламбали стиснул зубы. — Уже тридцать солдат потерял. Сбавляю темп. Кутеса уже высадился в Рутшуру, а я до сих пор здесь».

— Думаете, что с бельгийцами делать? — спросил Лю Шин. — Могу помочь.

— Вы?! — Жозе дернул головой, отгоняя назойливую муху от лица.

Он начинал выходить из себя. Все шло просто отлично: они сбили вертолет, окружили здание, но атака захлебнулась, и вот уже час бойцы не могут выбить горстку ооновцев из чертовой школы. Эти мзунгу взорвали миномет одним выстрелом!

А тут еще китайца на шею повесили. Какой он военный советник, бабуин он узкоглазый. То требует вооруженный эскорт, то в одиночку пропадает в джунглях и постоянно мотается по шахтам и горным разработкам. Сегодня от границы пригнал четыре грузовика с каким-то оборудованием. И один ответ на все вопросы — он здесь, чтобы помочь армии Тутсиленда!

Лично ему, капитану Суламбали глубоко наплевать, о чем могучий генерал Нсото договорился с этими желтыми недомерками. Пусть им достается хоть все Конго, но какого черта этот кретин-мпумбави лезет в его дела?

— Не переживайте, капитан, — Лю Шин встал рядом и молниеносным движением раздавил муху в воздухе. — Думаете, мне нравится торчать в этих джунглях? Давайте быстро здесь закончим, я вернусь домой, а вы продвинетесь по службе. Нам ведь лучше дружить. Да, капитан Суламбали?

Жозе поймал взгляд из-под полуопущенных век и похолодел. Господин Лю Шин смотрел на него безмятежными, обманчиво сонными глазами удава, и было ясно, что для него нет никакой разницы между погибшей мухой и капитаном Суламбали.

«Змея желтолицая, — Жозе нащупал левой рукой пистолет у пояса, — Ты мне еще и угрожаешь?»

— Капитан, — господин Лю вздохнул. — Поглядите в бинокль. Ничего не замечаете позади основных сил вашего батальона?

«Пристрелю!» — подумал Жозе, но отчего-то подчинился и поднял бинокль. Провел взглядом по позиции и остолбенел.

— Ну что, договорились? — спросил китаец.

— Это же… — капитан запнулся и кивнул. — Но как? Как вы притащили сюда эти штуки?

— Командуйте общее наступление, — не ответил на его вопрос Лю. — Паскале, сбегай вниз, там, в холодильнике я видел пиво. Мне «Циндао». Холодное.

Сержант Паскале сорвался с места. Он не очень понял, что произошло — господин Лю был спокоен и ласков, а капитан Суламбали отчего-то сильно расстроился. Что-то явно было не так.

Жозе обреченно поднял рацию:

— Луиз, Мторо, Дото, Тете, Сефу, прием. Начинаем атаку. Делайте все, что хотите. Живых не оставлять.

— Капитан, какого хрена здесь делают эти… — в динамике взорвалось возмущенное многоголосье, но Суламбали выключил рацию и оглядел диспозицию.

«Убью, — спокойно понял он. — Я убью этого китайца».

Батальон, разбившись на четыре колонны, медленно продвигался вперед по пыльным улочкам Бени. По пути колонны обрастали людьми — они выныривали из узких проулков и маленьких рощиц, разграбленных магазинов и домов.

Город вымер. Все, кто мог, уже покинули Бени, остальные же укрывались в подвалах, гаражах, сараях, прятались в больницах и школах.

Капитана все это не интересовало — их черед придет позже.

Надо только покончить с этими бельгийцами. И разобраться с китайцами — Суламбали не терпел, когда ему или его людям угрожают. Тем более легкими пехотными танками.

«Нсото вообще понимает, какую кашу он заварил, позвав узкоглазых? — подумал капитан. — Что белые, что желтые — черным всегда останутся в дураках».

На подходах к школе батальон развернулся широкой цепью и потек через дворы и улочки, охватывая здание полукольцом.

— Вышли на позиции, — попеременно отрапортовали лейтенанты.

— Начинаем, — отозвался Суламбали, склоняясь над дисплеем карты. — Мторо, перекрой задний двор. Где «багги» с пулеметами? Крысы могут убежать.

Вдали ударил миномет, над крышей пансионата взметнулся столб дыма и пыли, и следом весь периметр расцветился автоматными вспышками и облачками гранатометных выстрелов: шквал свинца обрушился на здание — вынося окна, взрывая кирпичные стены, дробя весь фасад в щебень. Пансионат заволокло клубами красной пыли.