– Чего кричишь? – очень неторопливо, словно опасаясь расплескать скопившийся в голове жидкий огонь, подошел я к ниве. И ведь понимаю, что основания для спешки могут иметься самые серьезные, а вот не могу быстрее – и все. Ломает меня.

– Залазь, – вновь уселся за руль Григорий и, к моему удивлению, без проблем развернул «Ниву» поперек проезда. Надо же – а ведь гимназист очень нехило засветил ей в зад шаровой молнией. – Уходить надо.

– В фургоне поеду, – заметив остановившийся у выхода из проулка автомобиль, заявил я, и тут земля дрогнула у меня под ногами. Неслабый толчок заставил пошатнуться, а с крыш гаражей полетел сметенный взрывной волной снег. – Что за фигня?

– Арсенал уничтожили. – Конопатый захлопнул дверцу автомобиля. – Давай бегом – нам здесь светиться ни к чему. До завтра теперь. И не пропадай никуда – с утра чтоб как штык!

– Лады, – кивнул я, и вот это оказалось совершенно некстати: плескавшееся в голове пламя полыхнуло с новой силой. Еще немного, и из ушей дым повалит. Одно непонятно: зачем уничтожать арсенал, который мы только что захватили? Да и хрен бы с ним, не до того…

Как дошел до фургона – не помню. Вроде Ломов протянул руку и затащил внутрь, а Напалм сунул бутылку с водой, но что все было именно так – не поручусь. Хреново мне было…

Окончательно очнулся я, когда фургон уже выехал из района, застроенного гаражами и складами, и проезжал мимо городского арсенала. Туман в голове к этому времени понемногу рассеялся, самочувствие почти пришло в норму, а ломота в костях больше не вызывала желания закинуться чем-нибудь обезболивающим типа кеторала или янтарной плесени.

– Напалм, дай хлебнуть, – попросил я внимательно рассматривавшего свое запястье пироманта.

– Держи, – отлив себе в крышку термоса несколько глотков, парень кинул мне пластиковую полторашку, на дне которой плескалось еще грамм сто воды.

– Благодарю. – В два глотка я опустошил бутыль и бросил ее на пол фургона.

Перебиравший стрелы Ветрицкий выразительно посмотрел на меня, но благоразумно промолчал. Прижавшаяся к нему плечом Вера пинком отправила бутыль к задней двери, и теперь уже пытавшийся что-то писать себе в блокнот сотрудник СВБ хмурым взглядом выразил неудовольствие устроенным беспорядком. Хлебавший явно кое-что покрепче воды Грицко протянул мне свою флягу, но я лишь покачал головой. Ничуть не смутившись, дружинник тут же сунул ее Шмидту.

Напалм тем временем надорвал бумажный пакетик, промаркированный странной аббревиатурой МПЭ-44, и высыпал серый порошок в крышку термоса. Следом он вытащил одноразовый шприц и, набрав в него полкуба настойки железного корня и ампулу новокаина, заполнил остававшееся место приготовленным раствором абсорбента.

– Ты чего это? – поинтересовался я, когда он одним глотком влил в себя мутную жидкость из крышки термоса и воткнул в левое предплечье иглу.

– «Тянет неспроста в заповедные места», – невпопад пропел пиромант и, убрав в аптечку использованный шприц, осторожно стянул с левой кисти перчатку. Вся тыльная сторона ладони оказалась обнесена крупными водянистыми волдырями, кожа вокруг которых покраснела и вздулась.

– Ты не заразный, часом? – забеспокоилась Вера.

– Это же не грипп, чтоб воздушно-капельным, – внимательно разглядывая отекшее запястье, скривился Напалм. – Откат словил, вот и высыпало.

– Ну и чего делать будешь? – Я попытался устроиться поудобне, но тут фургон тряхнуло на выбоине и меня крепко приложило затылком о борт.

– Смотря как абсорбент подействует, – пожал плечами пиромант. – Может и рассосется все само, а может, и нет.

– Доктор, у меня все рассосалось! – заржал Грицко и вновь приложился к фляге.

– Будешь дразниться – печень поджарю, – даже не повернув головы в его сторону, пообещал Напалм, и дружинник, подавившись, закашлялся.

– Лед, мы свободны, или на сегодня еще не все? – перегнулся к нам через спинку сиденья Ломов, сидевший рядом с водителем в кабине фургона.

Я потер ноющий затылок.

– Кузьминок никаких распоряжений не оставлял?

– Нет.

– Тогда до завтра. Собираемся у «Тополей» в это же время.

– «А значит, завтра на том же месте в тот же час», – фальшиво пропел Напалм и надорвал упаковку еще одного одноразового шприца.

– Все до «Тополей» или кого по дороге высадить? – уточнил водитель.

– Высади на площади Павших, – углядев, что мы пока еще едем только по Кривой, попросил я.

– Куда намылился? – поднял на меня глаза пиромант. – Нам бы вообще до Лукова сегодня смотаться.

– Ну давай пообедаем да и смотаемся, – предложил я. Почему не смотаться-то? Смотаемся. В общагу возвращаться все равно никакого желания нет. Пустил квартирантов, блин. – В «Западный полюс» заскочим и пойдем.

– Дорого там.