— Значит, наши маги сейчас у Харама? — прошептала Лена.

— Он вывел их из игры, — сказал я, осознав всю простоту и гениальность придуманного Харамом плана. — Волох, Каар и Кира бессмертны, убивать их бессмысленно. Но если их держать в бессознательном состоянии, они ничего не смогут сделать.

— Сейчас для них было бы лучше умереть, — добавила Настя.

— Я не знаю, что делать… — признался Алексей, его голос дрожал. — Просто не представляю.

— Сколько у вас охранников? — спросил я.

— Всего трое. Но они не смогут их освободить, я уже думал об этом. У Харама слишком много людей.

— Если мы ничего не сделаем, то к ночи Москвы не будет, — сказал Олег. — Мы не можем позволить Хараму провести ритуал.

— Какой ритуал?

— У Харама есть магический артефакт — элатриум, — пояснил я. — Сегодня вечером, на закате, он приведет его в действие. В радиусе тридцати миль погибнет все живое. Не выживут даже тараканы.

Лицо Алексея стало совсем серым.

— Но они могли остаться в Москве… — прошептал он. Быстро поднялся, взял со столика телефон. Включил его, набрал номер. Потом положил телефон обратно, взглянул на нас— Я сам велел им отключить телефон, чтобы их нельзя было выследить. Что я наделал…

Я понял, что он говорит о жене и дочери. Но именно его проблемы сейчас волновали меня меньше всего.

— Алексей, вам надо вернуться в дом Эдуарда и собрать всех ваших людей, — произнес я, глядя ему в глаза. — Вооружите их и будьте готовы — ваша помощь может понадобиться. И дайте мне номер вашего телефона.

— Номер есть у меня, — сказала Ольга. — Алексей, только не отключайте телефон. Вы нужны нам.

— Я сделаю все, что смогу, — ответил он. — И простите меня — я не смог поступить иначе…

Мы медленно шли по улице в сторону резиденции Эдуарда. Ситуация была просто катастрофической — если уж наши бессмертные не смогли справиться со своим врагом, то на что могли рассчитывать мы? Его резиденция сейчас наверняка напоминает неприступную крепость. Обращение к милиции, ФСБ, даже в Кремль не поможет — у Харама слишком высокие покровители. Даже если наши предостережения воспримут всерьез и предпримут какие-то действия, пройдет слишком много времени. У нас в запасе уже меньше десяти часов.

— Что будем делать? — спросила Катя.

— Надо поджечь дом, — предложил Олег. — Если Волох, Каар и Кира погибнут, то смогут нам помочь. Смерть для них сейчас — благо.

— А мой учитель? — возразила Ольга. — Он же не бессмертный.

Ей никто не ответил. Мы шли, я обдумывал заявление Олега. В том, что он предложил, что-то было.

— Виктор! — сказала вдруг Настя.

И точно — наш бывший враг стоял у дверей дома Эдуарда, дожидаясь, когда мы подойдем ближе.

— Вас не было в вашей квартире, — сказал Виктор, когда мы подошли. — Сюда тоже не пускают.

Он не просил объяснить, что случилось. Просто стоял и смотрел на нас, его взгляд был совершенно спокоен. Даже слишком спокоен — в эти секунды Виктор показался мне человеком, который больше ничего не хотел и никуда не спешил.

Лена начала рассказывать о том, что произошло. Слушая ее, я вспомнил об Аделине. Может, ей по силам убить наших бессмертных магов?

— Настя, телефон Аделины у тебя? — спросил я. — Да.

— Тогда мы с тобой идем к ней. Вы пока возвращайтесь домой, мы подойдем позже. Быстрее, Настя… — Я потянул девушку к остановке. — Звони ведьме, договорись о встрече. Она нам нужна.

Настя не спорила, это радовало. К тому времени, когда мы дошли до остановки, она уже успела позвонить и узнать адрес.

Нужный нам дом оказался красивой элитной многоэтажкой. Кодовый замок Настя и здесь вскрыла без труда: как только мы поднялись на нужный этаж, дверь квартиры открылась.

— Заходите, — пригласила Аделина.

Наш рассказ о последних событиях ведьма выслушала молча. После того как я спросил ее, может ли она убить наших бессмертных магов, задумалась.

— Я не владею колдовством, убивающим мгновенно, — сообщила хозяйка после долгой паузы. — Мне нужны минимум сутки, чтобы отправить человека в иной мир, да и то лишь в том случае, если есть его кровь, волосы, ногти — что-то, что может обеспечить с ним хороший контакт. В вашем случае этого нет, да и времени гораздо меньше.