Интересно, змееныш, что ты скажешь утром? Не думаю, что обрадуешься моей компании. Не знаю, что тебя захватило, но это явно было чем-то посторонним. Обычно неопытные девицы не ведут себя столь… уверенно.

Я осторожно коснулся ее макушки губами, впитывая приятный аромат карамели. Мне всегда нравился этот запах, он напоминает мне о ярких солнечных днях, которые я провел в бабушкином поместье. От ее рук всегда пахло карамелью. Помню, когда я еще был щенком, то часто засыпал у нее на коленях. Тогда я только-только стал оборачиваться и контролировать боль обращения был не в состоянии, а бабушкины руки словно снимали ее…

Эх, змееныш, давненько я об этом не вспоминал.

Она словно в ответ на мои мысли потерлась щекой о мое плечо. Тотемный волк в ответ на это приоткрыл один глаз, сладко зевнул и снова погрузился в сон.

Стоп. Теперь ту же мысль только медленнее.

Тотем. Ее тотем — змея. Кобра. А кобра — это… Найа?!..

Но тогда…

Всемогущий Атум! Не может быть! Ведь единственная Найа — дочь Императора. Шайрем. А если вспомнить, где именно расположен тотемный знак…

Я едва сдержал рвущиеся наружу ругательства. Я затащил в постель будущую Императрицу.

Интересно, мне зачтутся прошлые заслуги перед короной и меня просто по-тихому прикончат или истребят весь клан как изменников?..

Что же ты наделала, змееныш? И что наделал я?

Да, такого мне не простят…

А не за этим ли тебя посылали?..

Не важно. Теперь я хотя бы знаю, почему ты так странно себя вела. Тактильный голод. Тебя учили его сдерживать, учили избегать прикосновений, а при твоей восприимчивости — это было пыткой. Да и Марк с этим своим зельем…

Мда… ну и влипли же мы! Но кто бы мог подумать, что маленький змееныш окажется радужной коброй?

Я в последний раз коснулся губами ее волос, пытаясь запомнить этот ее аромат, а потом осторожно выбрался из кровати.

Спи, принцесса, а мне надо завершить кое-какие дела. Не могу же я оставить Марку собственные долги в наследство!

Шайрем кайри Найа

Проснулась я как всегда мгновенно. Для меня никогда не существовало той размытой полосы ощущений, которая так свойственна людям. Еще через мгновение я поняла, что нахожусь не в своей комнате в храме, а в волчьем логове. А потом, словно выжидая именно этого момента, перед глазами пронесся весь вчерашний вечер…

О, боги! Что же я сделала?!

И чтобы окончательно растоптать меня, вспомнилась метка-тотем на груди волка…

— За что? Ну почему именно он? Проклятье! Это же был вожак стаи. Нет, клянусь именем Змееликой, я найду и убью этого заказчика! Медленно. С наслаждением.

Но прежде все равно придется разобраться с ситуацией.

Во-первых, я ошиблась. Или, что вероятнее, — меня ввели в заблуждение. Заказ поступил не на вожака стаи, а на его заместителя. В договоре ясно было указано, что устранить необходимо того, кто будет исполнять обязанности главы во время его отсутствия.

Из-за какой-то нелепой ошибки сломано столько жизней…

Да, достанется и мне и волку. Отец, может, и закрыл бы глаза на этот случай, но брат не простит. Он не любит, когда трогают его вещи, а я — его вещь. И, к несчастью, его мнение вероятнее всего и окажется решающим…

Проклятье! Ведь только-только ситуация в кланах нормализовалась! Отец столько сил приложил, чтобы волки и десмоды прекратили войну, и все без толку: как только вампиры почувствуют слабину (а без вожака клан в разы станет слабее) они снова нападут…

Боги, ну почему сейчас?! Ведь так хорошо все было…

Я выбралась из кровати, еще хранящей запах волка, оделась и прошлась по комнате, пытаясь найти свой кинжал. Он лежал все там же на полу, куда его отбросил Вулф. Я наклонилась и осторожно взяла в руки свое оружие. Контейнер с ядом еще цел, так что кинжал все еще был опасен: стоит только поцарапать им и нажать на большой алмаз в ручке, как в кровь будет впрыснут яд. В этот раз я заправляла «сладкий сон» — самый безболезненный из всех известных. И противоядие к нему достать так же сложно, как и сам яд. Гуманная смерть. Человек просто засыпает и уже больше не просыпается. А еще, как и большинство алхимических ядов медленного действия, он довольно быстро (сразу после остановки сердца жертвы) распадается на безопасные составляющие, а следовательно даже волки-алхимики не смогли бы его обнаружить…

Хватило бы простого укола… это почти безболезненно, а сам яд действует еще нежнее…

Назойливая мысль крутилась в голове, не желая меня покидать. Впрочем, она меня преследует уже три года, с того момента, когда я поняла, кем именно должна стать по воле богов…

Я — змея. С рождения. Но тотемный символ появился на теле только после сложного обряда и занял вполне определенное место. Мать клана. Нет, не так: я всего лишь очередная женщина Императора, только мой ребенок должен стать его наследником. Боги, ну почему я?! У отца кроме меня есть еще три дочери — но стать «невестой» Шайтана должна именно я. Ненавижу! Судьбу. Отца. Брата. Всех!