Илай стоял рядом с капитаном, а чуть в стороне, отчаянно разя перегаром, возился с проводкой Морган. Гаррисон хотел о чем-нибудь спросить пилота, чтобы убедиться, что тот не обижается на посиделки без него. Чистая формальность, вообще-то, – Илай не уважал спиртное. Вот только спросить Гаррисон ничего не успел, потому что пилот вдруг схватился за грудь и покачнулся. Тут же взревела аварийная сирена, мигнуло освещение, на долю секунды исчезла гравитация… И все стихло еще прежде, чем Илай упал.

– Это что сейчас было? – спросил у всех сразу кэп и потряс головой, разгоняя остатки хмеля. – «По пилотажу»! Ты чего?

– Вроде кровь у него, – заметил Морган.

Так бывает очень редко. Настолько, что просто не бывает. Крошечный, неизвестно из какой преисподней прилетевший на субсветовой скорости метеорит прошил «Фелю» насквозь. Система упреждения просто его не заметила – теоретически это возможно. Вот только не происходит такого никогда.

Илай умер почти сразу – метеорит прошел прямо сквозь сердце. Поняв, что держит на коленях голову мертвеца, первой примчавшаяся Вальдшнеп осторожно уложила ее на пол.

– Бесполезно! – сказала штурман подоспевшему с аптечкой Огински. – Сердце стало. Сквозная дыра, два пальца пройдет.

– Может, током его шарахнуть? – предложил «по связи».

– Трезвей, Рябтсев! – Капитан наконец смог говорить. – Долбаный Космос, ну почему на моем корабле?! Что, в самом деле метеорит?

– Ну, или по нам кто-то шмальнул из соседней галактики, – развел руками Морган. – Система восстановила последовательность, можем траекторию рассчитать… Только зачем?

– Повреждения?

– Крохотные, все залаталось автоматом. Потери воздуха незначительные. Штуковина пролетела оттуда, – Морган показал пальцем за плечо капитана, – и вот туда, под переборку. На ладонь примерно от твоей головы. Поздравляю!

– Себя поздравь! – Гаррисона охватывала дрожь от бессильной ярости, хотя он все еще старался не думать о последствиях произошедшего. – Все могли тут сдохнуть, будь она покрупнее!

– Покрупнее система бы отследила, – некстати встрял Рябтсев, продолжавший глазеть на мертвого пилота. – Шансов, что такое с нами случится… Я даже прикидывать не буду пытаться, но Космос есть Космос, вот уж верно говорят.

– Вообще, всякое бывает! – Морган присел рядом с трупом на корточки и наморщил черный высокий лоб. – Вот когда я только начал летать, с экипажем одной из «делек» кое-что случилось. Корабль – в док, якобы повреждения, а команду расформировали и по-тихому, в полгода, всех уволили. Но говорили, что прилетели ребята без двух членов экипажа и ничего не могли объяснить. Просто исчезли люди, и все. Вот это – да, тут свихнуться можно! Космос есть Космос.

– Без одного они прилетели! – заспорил тоже не первый десяток лет пахавший на Фирму Рябтсев. – И все там было понятно: ссора, пьяный выстрел, труп. Выкинули его, «по связи» поправил внутренние записи, и прилетели огурчиками: исчез! Каким дураком надо было быть капитану, чтобы…

– Заткнись!

Перед мысленным взором Гаррисона разворачивалась ближайшая перспектива. Вот «Луна-18», вот срочно созданная комиссия забирает тело Илая. Вот Гаррисон сидит в залитой белым светом комнате и строчит объяснение. А потом допросы, перекрестные допросы с членами экипажа, неизбежные противоречия, всплывающие обиды, раздражение… Случай из ряда вон выходящий, и, хотя отверстие в груди пилота, конечно, не от выстрела, это эксперты докажут, пресса заинтересуется. Кто-нибудь да вынесет сор из избы. Чен! Гаррисон скривился: он совсем про нее забыл! Но вполне может быть, журналюг натравят Рябтсев или Морган – именно потому, что все подумают на Чен. Фирму даже сотрудники не любят, не говоря уже обо всем остальном мире. Будет шум, и фамилия Гаррисон на первых страницах новостных сайтов.

– Да ладно, сейчас что-нибудь придумаем! – Рябтсев похлопал стоящего с перекошенным лицом капитана по плечу.

– А кто его убил?

Все обернулись и увидели пришедшую на шум Чен. Конечно, девчонка брякнула такое от шока, но впечатление от этого лучше не стало.

– Никто никого не убивал!

Вальдшнеп ринулась к Чен, словно наседка к цыпленку, и поволокла прочь. Вовремя, Гаррисон уже сжал кулаки.

– Тихо, тихо, сейчас что-нибудь придумаем! – Рябтсев хлопал его по плечу, как заведенный. – Сейчас все обмозгуем…

– Огински! Что ты стоишь, придурок?! – Капитану нужно было выпустить пар. – Неси пленку, заверните его, ведь льет кровь, как из свиньи! Морган, помоги ему, а эта Чен потом пусть приберется!
– Гаррисон повернулся к «по связи», вцепился ему в комбинезон и принялся мелко трясти. – Ты понимаешь, что она будет лепить на допросах, эта Чен?! Ты понимаешь, что ситуация вообще идиотская?! А ты понимаешь, что это мой первый рейс, что я весь в долгах, ты понимаешь?!

Рябтсев попытался отодрать от себя пальцы капитана, но понял: затея это бессмысленная.