— Это мой папа, — сказал Тони и слегка взмахнул рукой. — Эй, привет!

Какое-то непонятное существо скатилось по ступенькам, пулей промчалось мимо статуи Девы Марии и начало неистово скрестись в пассажирскую дверь, затем в окне промелькнула улыбающаяся физиономия.

— Шэдоу! — Тони распахнул дверцу. В машину ворвался маленький, черный как уголек пудель. Собака, повизгивая от восторга, поставила передние лапы на бедро Тони, потом подтянулась и вспрыгнула к нему на колени. — Привет, девочка моя, привет! — Собака принялась облизывать ему лицо, старательно работая нежным розовым язычком. Тони тискал пуделя и с хохотом крутил головой, пытаясь уклониться от поцелуев. — А это моя собака, — сказал он.

— Я догадался.

— О, — воскликнул Тони, — кто моя сладкая девочка? Кто моя кудрявая красавица? Ты, ты, конечно, ты. О, Шэдоу! — Он ласково спихнул собаку с коленей.

Шэдоу спрыгнула на пол, выскочила из машины и рванула куда-то в сторону. В следующее мгновение мы услышали ее голос — низкий печальный вой.

— Она учуяла Доктора Ди, — устало вздохнул я.

— Грэди, — Тони испуганно зажал рот ладонью, — мой второй чемодан! Нам придется открыть багажник.

— Ничего, откроем. — Я заглушил мотор. — Ты просто придержи ее.

Мы вылезли из машины и направились к багажнику. Шэдоу и стоящий на крыльце седовласый старичок пристально следили за каждым нашим движением. Я поднял крышку.

— Шэдоу, сидеть! — Тони наклонился и обеими руками обхватил собаку, пытаясь сдержать ее порыв и не позволить сделать то, что она, по-видимому, считала необходимым сделать, — запрыгнуть в багажник и отдать последний долг покойному Доктору Ди. — Грэди, что случилось с этим несчастным животным?

— Его застрелил Джеймс Лир. — Я вытащил клетчатый чемодан и поставил его на землю. — Произошло маленькое недоразумение, они с Доктором не поняли друг друга.

— У этого сопляка и так с головой не в порядке, — заявил Тони, — а когда Крабтри вдоволь натешится и бросит его, парень окончательно свихнется.

— Не уверен. — Я выудил из багажника опустевший саквояж Терри и захлопнул крышку. Но я лукавил. В глубине души я верил, что Джеймса Лира можно спасти, правда, Крабтри вряд ли станет его спасителем. Однако если Джеймса спасти сейчас, то в будущем у него появится шанс превратиться в еще большего психа.

— Итак, мальчишка носит с собой оружие?

— Да, что-то вроде пистолета. — Я перехватил саквояж в левую руку и полез в карман пиджака за маленькой блестящей игрушкой. — Вот этот. Вообще-то в начале вечера я застал Джеймса в саду, когда он целился в самого себя.

— Можно взглянуть? — Тони потянулся к пистолету. — Ты не поверишь, все мои братья обзавелись целым арсеналом разных дурацких пушек. — Я передал ему пистолет. Шэдоу, задрав голову, с интересом следила за нами; как и все собачье племя, она свято верила, что любой предмет может оказаться съедобным. — О, перламутровая рукоятка. Двадцать второй калибр. Похоже, он рассчитан всего на один выстрел.

Я бросил взгляд на крыльцо, но старичок, очевидно, потерял всякую надежду дождаться своего блудного сына и ушел в дом, не забыв выключить за собой свет. Свет в окнах тоже погас, и дом погрузился в темноту. Мне показалось, что теперь я гораздо лучше понимал, почему в течение всего вечера мисс Словиак не проявляла особого желания поскорее вернуться под родительский кров. Тони взвесил пистолет на ладони и покачал головой.

— Фантазер.

— Что ты имеешь в виду?

— Ну, видишь ли, такая игрушка могла бы оказаться в сумочке Бетти Дэвис. Представляешь? Маленькая расшитая серебристым бисером сумочка. — Тони ухмыльнулся. — Спорим, этот пацан был бы гораздо счастливее, если бы мог перевоплотиться в Бетти Дэвис и застрелиться из перламутрового пистолета, нежели жить в своем теперешнем облике — симпатичного мальчонки с пухлыми губами, одетого в старый вонючий плащ.

Тони сжал рукоятку пистолета, его веки с длинными пушистыми ресницами пару раз дрогнули и сомкнулись. Мечтательно закрыв глаза, он осторожно поднес дуло ко рту. Хотя я уже успел проверить пистолет и знал, что оружие не заряжено, внутри у меня все похолодело. Впервые за сегодняшний вечер я четко осознал, что несколько часов назад Джеймс Лир, мой студент, собирался покончить с собой.

— Я, пожалуй, пойду, — пробормотал я. — Мне еще надо спасать Джеймса Лира.

Тони опустил пистолет и протянул его мне. Я махнул рукой.

— Оставь себе. Эта штука тебе очень идет.

— Спасибо. — Он окинул взглядом темный облупившийся фасад дома и нахмурился. — Возможно, он мне самому пригодится.

— Ха, смешно. — Я нащупал в кармане пиджака ключи от машины.

— Эй, Грэди, — позвал Тони, когда я сел за руль и уже собирался захлопнуть дверцу. — Я бы на твоем месте отправился домой и завалился спать. Судя по твоему виду, тебя самого пора спасать.

— Неплохая идея. — Я закрыл глаза и представил, как сворачиваю на Деннистон-стрит, подъезжаю к нашему чистенькому, увитому плющом дому, вхожу в просторную прихожую, небрежно кидаю пальто на перила лестницы, поднимаюсь в спальню, плашмя падаю на вечно неубранную постель и остаюсь лежать среди сбитых и скомканных простыней. Но потом я вспомнил, что дом пуст и никто не ждет моего возвращения, и нехотя открыл глаза. — Пока. — Я кивнул Тони и взялся за ручку, собираясь поднять стекло, но вдруг остановился. — Черт, совсем из головы вылетело. Что мне делать с этой проклятой тубой?